– Хорошо! Старик тоже научился говорить. Он научит и тебя говорить по-нашему. Будешь помогать по хозяйству. Но, запомни! Если от германцев ты убежал из плена, то отсюда ты не уйдёшь! Я сам отрублю тебе голову.
По выражению лица старика, едва успевающего переводить, Алекс понял, что хозяин не шутит. Агнаман сделал рукой жест, который означал, что разговор окончен, и рабы снова уселись у самого входа в хижину, а члены семьи расположились у очага. Время от времени мальчишки с любопытством поглядывали в сторону Алекса, пытаясь рассмотреть его необычную, по их меркам, одежду.
– А кто эти женщины? – спросил потихоньку юноша.
– Старуха – это его мать, а та, что моложе – жена, – ответил старик. – А эти мальчишки – его сыновья. Ты не смотри, что они ещё дети! У каждого из них уже есть военные трофеи. И любой из них с удовольствием отрубит тебе голову.
– Просто так? Без повода?
– Ты теперь их раб, – ухмыльнулся старик. – Чем не повод?
– А почему именно голова? Почему просто не убивают?
– Голова – это жилище души! Отрубив голову, они верят, что враг уже не сможет ожить, потому что после смерти душа может переселиться во что-нибудь.
– Например, в книгу! – забыв об осторожности, громко сказал Алекс.
– Эй, вы! – крикнул им Агнаман. – Хватит там шептаться! Принесите дров!
Мужчины покорно отправились исполнять приказание. Уже смеркалось, и вокруг деревни были разложены большие костры, к которым иногда подходили вооружённые мужчины.
– Кто это?
– Это дозорные, – пояснил старик. – Каждую ночь обязательно кто-то дежурит. Огонь отпугивает волков и других хищников, да и неприятель видит, что деревня охраняется.
– Неприятель?
– О, да! Здесь постоянно случаются набеги. Дело в том, что в округе очень много кельтских племён, но все они разрознены. Кельты часто переселяются с места на место. Одна часть племени может отделиться и присоединиться другому племени. Так что те, кто уходят – уходят не с пустыми руками. В основном воруют скот, но могут и женщин угнать в рабство, поэтому кельты чаще спят с мечом, чем со своими жёнами. А в период военных походов так и вовсе друг с другом.
– Как это!?
– Вот такие у них обычаи!
– То есть вот так! Друг с другом?
– Почему тебя это так удивляет? Ты в первый раз слышишь об этом?
– Нет, но я всегда думал, что это развитие цивилизации повлияло на то, что мужчины стали делить ложе с мужчинами.
– Ты слишком мудрёные слова говоришь, – почесав затылок, раздосадовано произнёс старик. – Я не понимаю.
– Ладно, забудь!
Недалеко от хижины лежали брёвна и сучья, собранные в лесу. Благодаря опыту, приобретённому в доме Иоганна, Алекс ловко нарубил дров. Старик, собрав в охапку столько, сколько смог унести направился в хижину, и юноша отправился за ним. Вскоре вся семья улеглась спать на соломенные тюфяки, лишь Алекс не мог сомкнуть глаз. Он думал о том, что ему будет очень сложно найти Чародея, который изготовил ту самую книгу. Сквозь храп старика, он услышал звуки, которые невозможно было спутать ни с чем. Агнаман, уверенный в том, что все уже уснули, решил заняться любовью со своей женой. Это не было похоже на чувственное удовольствие, праздник души и тела, которое было у него с Марией. Скорее напоминало чем-то животное совокупление, когда пристроившись сзади, целью мужчины было лишь быстрее закончить. Юноша вспомнил Марию: её глаза, её волосы, запах её тела. Сердце сжалось от боли и тоски. Ему безумно её не хватало. Он был готов завыть, как раненный зверь, но вместо этого, закрыв глаза и поджав колени, попытался уснуть.
48.
Прошло три месяца. Понемногу Алекс привыкал к новой жизни. Он пас скот, помогал с тяжёлой работой по дому и выполнял все поручения членов семьи Агнамана. Его усердия по изучению кельтского языка не прошли даром, да и старик оказался хорошим и терпеливым учителем. Юноша мог понимать всё, что ему говорят, но сам пока изъяснялся короткими и простыми предложениями. Помимо воинов, таких как его хозяин, в деревне жили и ремесленники, занимавшиеся изготовлением различных металлических застёжек, пряжек и украшений. Жена хозяина часто заходила к таким ремесленникам, подбирая себе какую-нибудь безделушку, или просила сделать что-либо специально для неё. Однажды она послала Алекса забрать свой заказ, и ему удалось видеть, как мастер изготовил фибулу – крепление похожее на брошь. Сначала огрубевшими пальцами мужчина вылепил из воска модель будущего изделия, затем обмазал его глиной и подверг обжигу. Стекая, растаявший воск капал на руки мастера, но тот, увлечённый работой этого не замечал, наполняя застывшую глиняную форму расплавленной бронзой. Чтобы достать готовое изделие мастер разбил глиняную оболочку, и в руках оказалась уникальное украшение. За то, что Алекс задержался, ему досталось несколько ударов плетью.
