Александр ответил пространным письмом, очень важным для понимания его тогдашних взглядов и планов. Он отверг все обвинения Дария в том, что виновниками войны являются македоняне. Он напомнил Дарию, что еще предки его причинили много вреда Греции и Македонии во время греко-персидских войн и что он, Александр, в качестве верховного вождя греков пришел в Азию, чтобы отомстить за прошлые обиды. И позднее, писал он, персы старались всячески вредить Македонии. Так, они помогали фракийцам во время войн с Филиппом, организовали его убийство, поддерживали в Греции антимакедонское движение. После того, как он, Александр, разбил полководцев Дария, а затем его самого, он, по воле богов, владеет всей страной. Поэтому, если Дарий желает о чем-нибудь его просить, пусть придет к нему, как к господину всей Азии, и тогда получит и мать, и жену, и детей. А если в будущем Дарий снова захочет послать к нему, то должен посылать не как равный к равному, а как подданный к господину.
В этом письме выступают притязания Александра на всю восточную монархию. Фактически они, конечно, обоснованы были очень мало, так как в руках Дария оставалась еще значительная часть государства и огромные материальные средства. Но психологически уверенный тон письма вполне понятен. Кроме этого, здесь надо учитывать один момент. Письмо было предназначено не столько Дарию, сколько, через его голову, грекам и македонянам, а, быть может, и персам. Текст его сейчас же стал всюду известен и должен был произвести огромное впечатление. В нем Александр впервые изложил свою программу. Она была чрезвычайно широка, идя гораздо дальше того, о чем могло мечтать поколение Филиппа. Александр уже не предполагал ограничиться завоеванием только Малой Азии, а намерен был покорить всю Персию. Вот почему некоторые исследователи правильно называют письмо Александра политическим манифестом.
Незадолго до окончания осады Тира к Александру явилось новое посольство. На этот раз оно привезло совершенно конкретные условия мира. Дарий предлагал македонскому царю в обмен на семью 10 000 талантов, территорию от Евфрата до Эгейского моря и руку одной из дочерей. Кроме этого Дарий предложил вступить в дружбу и союз.
В виду важности дела, Александр собрал совет своих приближенных и поставил на его обсуждение мирные предложения персов. Говорят, на совете Парменион заявил, что если бы он был Александром, он принял бы предложения Дария, чтобы не подвергаться риску и случайностям войны. Александр, будто бы, на это возразил, что и он на месте Пармениона поступил бы так же. Но так как он Александр, то он ответит Дарию иначе.
Ответ Александра в иронической форме повторил содержание первого письма. В деньгах он не нуждается и не желает менять всю территорию на часть ее. И деньги и земли Дария все принадлежат ему, Александру. Если он захочет жениться на дочери Дария, он может это сделать и без его позволения. Если Дарий желает получить его дружбу, он должен явиться лично.
Получив ответ Александра, Дарий понял, что надежд на сколько-нибудь сносный мир нет никаких, и начал снова готовиться к войне.
Мирные переговоры и, в частности, обсуждение предложений Дария в совете очень важны для понимания дальнейшего. Если битва при Иссе была решающим моментом в военной истории похода, то отказ от мирных предложений явился таким же решающим событием в политической истории войны. Отвергнув конкретные предложения Дария, Александр тем самым практически начал осуществлять программу, изложенную им в первом ответе Дарию. Персидские предложения, сделанные в Марафе, были еще слишком неопределенны. В Тире Дарий предложил очень определенные и очень выгодные для Македонии условия мира. Не говоря уже о колоссальной сумме денег, Македония получила бы область, размерами своими далеко превосходящую Грецию и Македонию вместе взятые. И тем не менее, Александр отверг эти предложения. Это означало, что планы его, каковы бы они ни были в начале похода, теперь, летом 332 г., окончательно уточнились: он хотел завоевать всю огромную персидскую державу, простиравшуюся от Средиземного моря до реки Инда.
Очень интересна позиция, занятая Парменионом при обсуждении мирных предложений Дария. Его выступление в совете показывает, что он был несогласен с программой царя. Почему? Можно предположить, что старый, опытный и осторожный полководец боялся огромного риска, связанного с проникновением вглубь Азии, где маленькая македонская армия действительно могла быть раздавлена персами. Ведь к Иссу Дарий стянул далеко не все свои силы. У него оставались еще огромные резервы, для мобилизации которых нужно было только время. А времени у Дария было достаточно, так как он мог очень далеко отступать на восток. Все это прекрасно знало македонское командование. Возможно поэтому, что для Пармениона на первом плане стояли именно соображения военного характера.