Александр Македонский и Атропат полностью

кадусиями, сакесинами и албанами долин Куры, Аракса и озера

Урмии» [Дройзен, 2011. С. 197], тем самым очерчивая регион, контролируемый Атропатом, и дает представление об этносах,

относящихся к Мидии.

В данном случае мы ограничились лишь этнотерриториаль-

ным анализом собственно Мидии. Далее мы попытаемся про-

вести аналогичный анализ территории Атропатены, которая в

посталександровский период вышла из состава Мидии и про-

возгласила свою независимость.

16. АЛЕКСАНДР, ПЕРДИККА, АТРОПАТ И ОБРАЗОВАНИЕ

САТРАПИИ МАЛАЯ МИДИЯ/АТРОПАТЕНА

Александр не доверял не только некоторым сатрапам. Как

говорит Плутарх, когда в 323 г. до н.э., за несколько месяцев

до своей смерти, Александр вернулся из Мидии в Вавилон,

он потерял доверие к друзьям [Plut. Alex., 74, 1]. К 323 г. до н.э.

обстановка в македонском командовании стала чрезвычайно

напряженной. Полководцы опасались подозрительного царя, а

тот отвечал им таким же недоверием. Римский писатель Элиан

в «Пестрых рассказах» приводит фрагмент о зависти Алексан-

дра к своим сподвижникам: «Ему не давали покоя опытность

Пердикки в военном деле, полководческая слава Лисимаха,

отвага Селевка, печалило честолюбие Антигона, досадовал вое-

192

начальнический талант Антипатра, вселял подозрения гибкий

ум Птолемея, страшили беспутность Таррия и склонность Пи-

тона/Пифона к новшествам» [Claudius Aelianus. XII, 16].

В источниках нет упоминаний о системе государственного

управления огромной державы Александра. Бросается в глаза

то, что в течение двух лет пребывания Александра в Индии и

вовсе никто не контролировал ситуацию. Источники упоми-

нают в качестве судьи и вершителя судеб как сатрапий, так и

отдельных людей самого Александра. Александр считал, что он

сам и только он один является объединяющим началом, вокруг

которого должна была происходить кристаллизация обширно-

го царства [Дройзен, 2011. С. 256].

Летом 323 г. до н.э. в Вавилоне, после очередной длительной

пирушки, Александр слег от болезни, которая осложнилась из-

за многих довольно тяжелых ранений. Доктора не могли спасти

его жизнь — часть тела была парализована, нарушилась речь.

В сообщениях о предсмертном состоянии Александра гово-

рится о беспокойстве и переживаниях его окружения. Арриан

(со ссылкой на Аристобула и Птолемея) так пишет: «Друзья»

спросили у Александра, кому он оставляет царство? Он ответил:

«Наилучшему». Другие рассказывают, что к этому слову он при-

бавил: «Вижу, что будет великое состязание над моей могилой»

[Arr. An., VII, 26, 3]. Диодор пишет: «В тяжких страданиях, по-

нимая, что ему уже не жить, Александр снял свой перстень и от-

дал его Пердикке. Когда друзья спросили его: “Кому ты остав-

ляешь царство?” — Он ответил: “Лучшему”» [Diod, XVII, CXVII, 3—4]. Курций Руф пишет: «Позвав друзей поближе, — у него

начал уже слабеть голос, — он передал снятый с руки перстень

Пердикке и распорядился, чтобы тело его было отвезено в храм

Аммона. Когда его спросили, кому он оставляет царство, он

ответил: “Тому, кто окажется наилучшим”. Впрочем он пред-

видит, что для этого состязания готовятся в честь его большие

похоронные игры. Тогда Пердикка, в свою очередь, спросил

его, когда он хочет, чтобы ему присудили божеские почести;

он ответил: “Когда вы сами будете счастливы”. Это были его

последние слова: вскоре после этого он скончался» [Curt, X, 5, 4—6].

193

13 (или 10) июня 323 г. до н.э. Александра Великого не стало.

Александр предвидел опасности, которые ожидали страну

после его смерти [Ахундов, 2003. С. 450]. Лица, претендовавшие

на власть, не были равными ни по степени своего честолюбия, ни по своим устремлениям, ни по роли и заслугам в восточных

походах Александра. Одни из них прошли всю восточную кам-

панию, другие примкнули лишь на заключительной стадии.

Среди них были те, которые принимали восточную политику

Александра (Пердикка, Эвмен), и те, которые не были соглас-

ны с ней (Мелеагр, Антипатр, Антигон) [Шофман, 1984. С. 31].

Среди сподвижников Александра началось соперничество

за власть: «…тело царя оставалось без погребения и лежало в

течение тридцати дней». Каждый из властных лиц стремился

перенести останки царя в пределы своих владений как дра-

гоценный залог непоколебимой прочности власти». Мать

Александра, Олимпиада, узнав об этом, навзрыд заплакала:

«Дитя, — сказала она, — ты стремился к доле небожителей в

горных высях, ныне тебе отказано даже в том, что получают все

люди на земле, — в могиле». Наконец, «Птолемей, если верить

рассказам, выкрал тело и с великой поспешностью перевез в

Александрию Египетскую» [Claudius Aelianus. XII, 64; XIII, 30; XII, 64], где он был правителем.

Пердикка, правопреемник Александра

Осенью 324 г. Пердикка был назначен Александром вторым

лицом империи. Пердикка (ок. 360—321 г. до н.э.), сын маке-