- Там Русь, - задумчиво произнёс Василий, глядя в синюю даль, - там живут странные люди, чём-то похожие на нас. Они воины и работяги, любят побездельничать и погулять, жестоки и очень добры одновременно. Что в нас общего, не пойму, но общее есть.
- Русичи строят города, пашут землю, - осторожно вступил в разговор Марцеллий, - они много и охотно учатся у нас, приглашают наших учителей. Их завоевания - это скорее познание новых пределов, чём просто грабёж.
- Когда-то один из этих "познавателей" взял штурмом Константинополь, - невесело усмехнулся Василий, - такое не удавалось ни арабам, ни болгарам, никому.
- Именно поэтому великая Русь, удерживаемая сильной рукой единого властителя, должна стать нашим союзником, - произнёс Марцеллий.
- Да, я слышал о ваших изысканиях в прошлом и прогнозах на будущее, сенатор, - сказал император, обернувшись на Марцеллия.
- Вы находите их ошибочными?
- Хотел бы, но, увы - похоже, что вы правы, - с тяжёлым вздохом ответил Василий, - я тоже изучал историю Рима, древней Греции и нашу. Вынужден признать, что ваши выводы близки к истине.
Марцеллий молчал. Василий смотрел в море, словно хотел найти там ответы на всё вопросы. Ветер играл чёрными волосами, поднимал петушиным гребнём, потом забрасывал назад или обрушивал на лицо. Император отвернулся, встал к ветру. Теперь густая чёрная грива упала на спину.
- Есть три главных опасности для империи, - заговорил Василий, - на юге арабы, на севере русичи, на северо-западе болгары. Слава Богу, в монолитные ряды мусульман удалось внести раскол и теперь сунниты убивают шиитов, а их всех убиваем мы. Война идёт с переменным успехом, но наше преимущество всё же чувствуется. Русь - страшный враг, но если ваш план удастся, угроза с севера будет устранена навсегда. Остаются болгары, вернее, булгары. Эти дьяволы покорили дунайских славян и теперь пытаются покорить нас. Именно эта угроза выходит на первый план и именно с булгарами нам придётся бороться долгие годы. С кочевниками, обуреваемыми страстью к убийствам и грабежу, договориться невозможно, понимают только силу оружия. Война в Болгарии будет продолжена.
- Как быть с Александром? - спросил Марцеллий.
- Ну, - пожал плечами Василий, - пусть походит по Константинополю, посмотрит. Определить его при дворе мы всегда сможем, но, мне кажется, он сам не захочет - в нём жизнь бурлит, он молод и, вдобавок, не склонён к интригам. Этот русич должен пройти школу болгарской войны, возмужать, вырасти. Когда воспримет нашу культуру, станет ромеем по духу, только тогда будет пригоден для нашей цели - сделать Русь союзником.
- Я могу идти, божественный? - склонился Марцеллий.
- Можете, - разрешил император.
Марцеллий поклонился ещё раз, сделал два шага назад, только после этого повернулся к императору спиной, пошёл к дверям. Он уже взялся за ручку в виде головы льва, когда император неожиданно окликнул его:
- Задержитесь на минуту, сенатор!
Марцеллий немедленно повернулся к Василию, склонил голову.
- Чуть не забыл, - с усмешкой произнёс император, - ваши планы насчёт русича хороши, но они могут рухнуть в одночасье из-за одного маленького пустячка.
- Какого же, божественный? - спросил Марцеллий, удивлённо поднимая глаза.
- Женщина, сенатор, женщина! В Константинополе есть красавицы, убивающие наповал одним взглядом. Молодой герой, обласканный императором - желанный приз для многих. Неискушённый юноша станет лёгкой добычей для знатной семьи, желающей пристроить свою дочь при дворе.
- Вы как всегда правы, божественный, - склонился Марцеллий, - потому что смотрите глубже и видите дальше. Я приму меры.
Александр вышел от императора взволнованный и смущённый. Он не заметил, как пролетел всё залы. Остановился, только когда солнечный свет ударил по глазам, заставляя зажмуриться и отступить в тень портика. Отошёл от дверей в сторону, что бы солнце закрыло крышей, присел на прохладную спину мраморного льва.
А действительно, что выбирать? - задумался Александр. До сих пор он просто карабкался наверх, попутно спасая свою жизнь, брался за самые невыполнимые задания, потому что по другому ему, чужаку, не подняться. Но вот, добрался до вершины. И что дальше?
Он задал этот вопрос мысленно сам себе и улыбнулся его очевидной глупости. Как что? Да любой, что удачей или подлостью выбился из глуши и неизвестности, сразу начинает устраиваться на доходное место, ищет знакомств с нужными людьми, выбирает жену, так что б побогаче, покрасивше - по возможности - и познатнее. Год, а то и два, пролетают в визитах нужным людям, покупках престижных вещей, домов, поисках знатной невесты и - вершина! - женитьба на богатой кикиморе.
А потом?
