– «Ну, посмотрим, что можно сделать»: поднялся комдив: – «Лекарства, почти никакого. Но посмотрю хотя бы, каковы шансы». Он повертелся около неподвижной женщины, проведя первичный осмотр. Тяжело вздохнул, вернулся к столу. – «Ну, что ж. Сердце слабое, но бьётся ровно. Пульс прослушивается. Надежда есть, что вы её довезёте. Но поторопиться надо бы. Я глюкозу вколю. Больше ничего и нет. Поите мёдом. Тот же эффект… Как она ещё ребенка кормит? И молоко есть. Обычно в таком состоянии это просто чудо».
Андрей вслушивался в каждое слово. И искоса посматривал на комдива. – «А вы соседи по имению графья Черкасовы, что ли? Да не пугайся. Информация только для моих ушей. Наслышан, наслышан, атаман Андрейка. Ох, и хлопотное ты хозяйство. И что бросил всех и бежишь?»: съязвил Степан. Андрей напрягся: – «Ты не задирайся. Никого зря не обижал. Мы, своих, защищали. Мужики соврать не дадут. Да и мы, тоже люди, хотя теперь и вне закона. Декабристы тоже были из дворян. Так что всех на один размер мерить будем? А теперь меня уже здесь ничего не держит. А мужики сами разберутся. Они у меня не глупые. А мне её спасать надо… Назад будут ехать, пропустишь?».
– «Что с вами делать. Естественно…»: хмыкнул тот в ответ: – «Только дальше вам пробиваться надо будет. Там дворяне промышляют по дорогам. Ох, и жестко промышляют. Наши посты кончаются за первой развилкой. А там если вернуться, то пропущу, куда же я денусь».
– «Вот и встретили новый год»: шепнул, примостившийся в углу у печки Пашка: – «С тысяча девятьсот девятнадцатым вас, что ли, господа!». Улыбнулся и прикрыл глаза.
В путь отправились, не дожидаясь рассвета. Кони, успели насытиться и отдохнуть. Спешка оправданна. Время наступало на пятки.
4
Пейзаж изменился. Дорога пошла по лесистым местам. Напряжение нарастало. Атаман перегруппировал строй. Теперь впереди опережая основной отряд, следовали – пара мужичков. Чтобы не случилось внезапного нападения. Но темпа не сбавляли. Шли так, на сколь позволяли обстоятельства. Сумерки рассеивались. Где-то рядом сорвалась испуганная птица. Кони шарахнулись и рванули вперёд. Там кто-то был. И им неизбежно придётся с ними столкнуться. Ну что же, им не спится, в столь раннее время?
Они выскочили там, где дорога давала поворот резко влево. Сразу около десятка мужичков. Кони вздыбились и затанцевали. Черкасовы рванули вперёд. Атаман, заглушая шум, вошедших в раж нападающих, гаркнул: – «Остыньте господа. Кто у вас тут за главного?» Мужички опешили. Из леса вышел высокий, среднего возраста мужчина по выправки, это был офицер. Павел оживился: – «Галицын, это вы?» Он спешился. Офицер, недоумевая зашипел: – « Черкасовы. Вас что это по заснеженным лесам, в такое время носит?» – «Я тоже рад тебя видеть Николай. У нас спешные дела. За кордон уходим. А вы что ж, как разбойнички путников подкарауливаете?» Они обнялись. – « Да мы тоже двинем вскоре за кордон. Основные войска ещё осенью ушли. Мы из окружения вышли и в лесах укрылись. А теперь потихоньку к границе продвигаемся. Мы приняли вас за красноармейцев. Пашка, довольно хохотнул: – «Что так плохо выглядим?» Галицын улыбнулся: – «Да, да, пальцем в небо. Но сумерки. Да и своих здесь нет».
Сошли с дороги. Мужичьё рассеялось. Николай устало расспрашивал об общих знакомых. О положении дел в стране. И тяжело вздыхал. – «Так всё же, вы что в праздники в дороге?»: полюбопытствовал он вновь. Андрей грустно указал на обоз: – «У нас неотложная миссия. Мы графиню Сатурмину в Швейцарию везём». Галицын оживился: – «Кого? Антонину?» – «Нет. Старшую дочь. Ты что не слышал? Всё семейство в прошлом году от тифа сгинуло. Одна Саша выжила. Но вот срочно к докторам показать везём»: шептал озабоченный Павел: – «Да и пора выметаться. Пока ещё руки до нас не дошли. А то дворян не чествуют». Он грустно улыбнулся.
– «Ну, вы выбрали время удачно»: прохрипел Николай: – «И как вы через всю страну благополучно прошмыгнули?» – «Всех, при одном упоминание фамилии Сатурминых, в ужас ввергает. Они нас и пропускают»: сострил младший Черкасов. Николай рассмеялся удачной шутки.
– «И что совсем плохо?»: выдохнул он. – «Не то слово»: отозвался Андрей. В обозе проснулась Наташа. И настойчиво заворчала. Атаман оживился. И поспешил к саням. Иван склонился над ворохом одежды. Бормоча тарабарщину, пытаясь успокоить девочку. Но когда Андрей подошел, отошел и плюхнулся в сани готовый в любой момент, рвануть вперёд.
Дочь почувствовав родные руки притихла. Папаша, перепеленал, и повозившись с ослабевшей мамочкой. Подсунул ребёнка к груди. Саша обхватила и прижала к себе. Он присел молча наблюдая за милой идиллией.
– «А что, Саша вышла замуж?»: недоумевал Николай.
– «Нет. Но они помолвлены с Андреем. И он безнадежно влюблён. И ребёнок его. Три дня отроду. Вот ей и стало хуже. Спешим, как можем»: чуть понизив голос, откровенничал барчук.
Уладив разногласия, и тщательно упаковав бесценный груз. Атаман вернулся к мило беседующим господам.
