— Появился ещё один хан.
— Что? Кто это? Кто-то из казанских ублюдков?
— Нет. Он не из чингизидов. — Навруз смотрел на хана, приложив руки к груди и чуть склонившись.
— Как это не из чингизидов? Самозванец?
— Это Урусоба из рода Чаргова.
— Кто такой? Я о таком и не слышал? Как он осмелился назваться ханом? — Презрительно скривился Менгли Герай.
— Род Чаргова, старинный кыпчакский род. В своё время они звались ханами, до прихода хана Бату. После этого они и не только они, все остальные тюрки потеряли право на ханский титул, мой господин. Ханами теперь могли называться только потомки Чингисхана.
— Всё верно. Но этот Урусоба не чингизид.
— Но права ему называться ханом вернула Искандера.
— Какая Искандера?
— Комнина, мой хан.
— Эта ромейская девка?
— Великий хан, за эту, как Вы сказали девку, готовы заплатить многие правители. И даже новый султан Селим Явуз, да продлит Аллах его годы, не отменил награду своего отца за Искандеру и её сестру Елену. А даже увеличил её. Летом она разгромила войска императора Максимилиана. А поляки с литвинами отступили, не приняв боя с её армией. Московский Князь слушает её. Он даровал ей титул генерала. Это воинское звание. Искандера принцесса. Она имперского рода. Это признали все. И она сказала, что законы Чингисхана больше не действуют, когда даровала Урусобе титул хана.
— Кто этого самозванца признает ханом? Даже пусть его предки когда-то и назывались ханами?
— Не всё так просто, мой господин.
— Поясни?
— Некоторые беи из числа кыпчиков, те, чьи рода до хана Бату тоже имели своих ханов, затаились и выжидают.
— То есть, они тоже лелеют мечты вновь обрести титул ханов?
— Я думаю, что да. Мало того, из Джунгарии приходят нехорошие вести, мой хан.
— Какие?
— Часть монгольских племён, которые не приняли веру пророка, так же отказались признавать за чингизидами право только им называться ханами. Они говорят, что кровь Чингисхана ушла. Что в чингизидах её не осталось.
— Кто именно так говорит?
— Некий Эссен тайши. Мало того, они считают тех из монгол, кто стал правоверным после хана Узбека, не настоящими монголами. Порченными.
— Почему этого пса ещё не зарезали?
— Эссен тайши из рода Борджигин, мой хан. Это род из которого вышли многие другие известные рода, в том числе и род самого Чингисхана. Себя они считают чистыми ойратами, то есть монголами. Мы их называем калмаками, урусы называют их торгоутами. Они многочисленны. Калмаки начали натиск на сибирское ханство. От них очень страдает ногайская орда. И Московский Князь, с подачи Искандеры, послал к Эссен тайши посольство. Мало того, Искандера встречалась со старшинами донских казаков, этих неверных разбойников. Стало известно, что она заключила с ними договор. Поставляет им продовольствие, порох и оружие. Те, кто подписал с ней договор стали называться Войском Донским. Она очень опасна. Плетёт свою сеть, как паучиха. Искандера что-то готовит. Не просто так Князь Московский послал посольство к калмакам. Если Эссен тайши заключит с Князем Василием союз и даст своих нукеров, а Искандера объединит казаков Дона, то в степи будет большая резня. Летом у Искандеры на Дону убили мужа, боярина Ивана. Она поклялась, что не снимет черных одежд вдовы до тех пор, пока не утопит степь в крови и самое главное, не вырежет весь род бея Мурада, а его самого не посадит на кол. Это его нукеры осадили крепость на Дону, которая и принадлежала Искандере.
— Она ждёт этих калмаков?
— Да. Ждёт их, заигрывает с казаками, формирует новую армию урусов и льёт пушки, которые более скорострельные и дальнобойные, чем даже пушки османов. В дельте Дона и выше участились схватки казаков с твоими подданными, Великий хан. Некоторые кочевья просто исчезли. На их месте остались только сожжённые и разграбленные юрты, и мёртвые, много мёртвых. Некоторые были казнены на колу.
— Ведьма! Её сжечь надо на костре и пепел развеять. — Зло проговорил Менгли Герай.
— Мой хан, нужно упредить Искандеру. Самим нанести удар. Казаков всех вырезать. Крепость на Дону разрушить.
— Легко сказать, разрушить. Крепость имеет пушки?
— Да, имеет.
— Ну вот видишь.
— Мой хан, обратись к султану. Попроси у него пушки и янычар. Это надо сделать до того, как к ней придут калмаки.
— А может не придут?
— Я думаю придут. Особенно если Искандера от имени Московского князя пообещает им земли, на которых сейчас живут правоверные. И ещё заключить союз с литвинами и поляками, чтобы те напали на урусов, одновременно с походом на них твоих непобедимых нукеров.
— Я подумаю, Навруз. Иди.
Придворный склонился в поклоне и пятясь задом выскользнул из комнаты. Хан повернулся опять к окну, смотрел в него и думал…
