Я не издала ни звука, не спрашивала, в чем дело, а просто ждала, когда Сантьяго сам объяснит причину интереса к моей персоне. Каждый житель города знал: если Сантьяго просит остаться в зале один на один с ним, то есть два варианта: или правящий желает лично тренировать счастливчика, увидев в нем перспективу, или толку от вампира никакого не будет. Тогда он либо отправится в сектор прислуги, либо бесследно исчезнет из города. Я сомневалась, что кого-то отпускают на свободу.
– Ты очень плохо дерешься, – тихо сказал Сантьяго, не отводя от меня взгляда. – Я бы даже не назвал это боем. Ты меня разочаровываешь.
Я нервно сглотнула.
Сантьяго был облачен в черную мантию, половину лица скрывал капюшон, позволяя глазам яркими красными огнями выглядывать из-под него. Он единственный в этом городе, у кого я не чувствовала страха. Но не потому, что моя способность не действовала на Сантьяго, а потому что этот вампир совершенно ничего не боялся.
– Я буду стараться, – прошептала я дрожащим голосом.
– Будешь. Но вопрос в другом. Будет ли результат?
Сантьяго повернулся ко мне спиной и плавно пошел к дальней трибуне, не спеша, будто паря над землей. И не поверишь, что такой громила может двигаться с грацией пантеры. Он опустил капюшон, показав угольно-черные густые волосы, сбросил с себя мантию и аккуратно положил ее на ближайшую высеченную прямо в стене пещеры лавку. И тут мне окончательно стало плохо. Теперь я поняла, почему Сантьяго всегда носит мантию. Все мышцы его тела рельефно выступали, предупреждая о силе их обладателя. Мне было страшно даже смотреть на него, ведь было понятно, что если эти огромные руки сомкнутся на моей шее или хотя бы коснуться меня, мне не жить.
На Сантьяго были только легкие серые кюлоты1. Он повернулся ко мне лицом, и я рефлекторно сделала шаг назад, выказав желание сбежать. На смуглой коже опасливо заиграли выпуклые мышцы, а красные глаза продолжали сверлить меня с неприкрытой ехидцей.
– Давай посмотрим, можно ли из тебя что-то сделать, – тихо сказал он, еще раз окинув меня оценивающим взглядом.
«Или выжать», – горько подумала я.
Сантьяго поманил меня к себе, вызывая на середину зала. Я прекрасно понимала, почему он сомневается во мне. Прошло полгода с тех пор, как я начала тренировки, и более неспособного вампира во всем подземном городе не найти. Меня не смущало то, что другие вампиры открыто насмехались надо мной. Но теперь, когда Сантьяго заметил, что я никак не могу сдвинуться с места, мне по-настоящему стало страшно.
Деваться было некуда, я неохотно подошла к центру зала, где стоял Сантьяго, и сделала два шага назад, создавая больше пространства между мной и противником. Сантьяго сделал то же самое. Он выпрямился и развел руками:
– Нападай.
Вот так просто: никакой боевой стойки, никаких блоков или защиты. Как говорится – бери голыми руками. Только вот я знала, что ничего более зловещего, чем открытая позиция противника быть не может, это означает, что как бы хорошо ты ни дрался, твой противник будет в разы лучше. Хотя в случае с Сантьяго, это было понятно и без открытой позиции.
Сантьяго выжидательно сузил глаза, а я судорожно перебирала возможные варианты развития боя. Безусловно, Сантьяго и не рассчитывал, что я смогу его победить – это невозможно в принципе. Но он хотел оценить мой способ мышления, как я буду вести бой, что сделаю первым и как попытаюсь его убить.
Я двинулась вперед, намереваясь уйти вправо, как только Сантьяго попробует сомкнуть руки. Что я и сделала, только вмиг оказалась на коленях, а Сантьяго сжал мою шею. Невыносимая боль пронзила тело, сосредоточившись в области головы, до ушей донесся ужасающий звук рвущейся плоти. Сантьяго тянул вверх, и я уже прощалась с жизнью, прекрасно понимая: еще немного и моя голова полетит в угол комнаты. Но в защитной реакции перед лицом смерти, я сконцентрировалась на Сантьяго. Он замер и от собственной боли ослабил хват, что позволило мне моментально выскользнуть из его рук. Я отбежала в угол и, схватившись за трибуну, с ужасом ощупывала шею, которая еще чуть-чуть и порвалась бы.
Несколько минут я сомневалась в том, отпускать Сантьяго или нет: кто знает, может, после того как я применила к нему способность, он, словно разъяренный бык, тут же набросится на меня. Но чем дольше я тянула, тем большей была вероятность, что именно так и случится. Поэтому я рискнула и отпустила его. Сантьяго по инерции двинулся вперед, лишь слегка пошатнувшись, его сосредоточенное лицо сменилось яростью: он как молния взлетел вверх и, встав на ноги, отвернулся.
– Лекса, на кой ты меня сковала?! – зарычал Сантьяго, качая головой.
Ответа не поступило, и он резко повернулся, пристально всматриваясь мне в глаза.
– Ты бы меня убил! Я защищалась, – испуганно ответила я.
Скривившись, он закрыл глаза и снова недовольно покачал головой.
