Вечером мы встретились в баре нашей гостиницы. Владилен пришел не один. Он был с девушкой лет восемнадцати. Красивое, еще детское лицо. Зеленые глаза, пухлые губы и пепельные волосы.
Он не стал нас знакомить. Только сказал, что это его невеста, и она не понимает по-русски. А я, соответственно, ничего не понимала по-немецки.
– Да, Владилен, – пошутила я, – ты с годами все старше, а барышни рядом с тобой все моложе…
– А ты стала язвой, – огрызнулся Владилен, – когда-то ты была совсем другой: милой и послушной.
– Да, ты прав, – ответила я. – Теперь я язва. Научилась быть такой. Учителя были хорошие. Один ты чего стоишь!
– Ладно, ладно, – Владилен забеспокоился, разговор принимал неприятный для него оборот.
Но я не унималась:
– Кстати, а почему ты тогда сбежал?
Владилен начал дышать прерывисто, я поняла, что он начал злиться:
– Я не сбежал. Я спасал свою жизнь!
– Ну да, спасал. И нас с Филей бросил, чтоб не мешали спасаться…
Я почувствовала, что Владилен напрягся, как перед прыжком. Да, он разозлился не на шутку. Это не входило в мои планы, и я поспешила сказать:
– Ладно, проехали. Давай лучше поговорим о деле.
Владилен облегченно вздохнул. Этот разговор явно ему не нравился, и он был рад, что его мучениям пришел конец.
А я сидела и думала, что, прожив бок о бок с этим человеком восемь лет, я его совсем не знала. И только тогда по настоящему узнала его, когда он пропал. И еще. Я думала о том, как всю свою жизнь мы живем сами с собой, и порой себя совершенно не знаем. Или еще хуже: себя не принимаем и осуждаем. И что же такое должно случиться в жизни, чтобы человек начал себя любить, уважать и принимать? Кто-то всю жизнь проживает, а так этому не научиться… Я научилась. Спасибо тебе, Владилен! И тебе, Давид! И тебе, Виктор! Спасибо вам за то, что теперь у меня есть я. Вы были хорошими учителями, а я прилежной ученицей. Поэтому, как говорит Вовчик, «я стала самодостаточной». Вот так.
– Так что ты мне хотела предложить по лечению Кристины, – прервал мои мысли Владлен.
– Да, да, сейчас, – я собралась с мыслями, – я буду говорить, и если я что-то не то говорю, останови меня. Ладно?
– Хорошо, – Владилен улыбнулся. Он совсем успокоился и сидел, расслабленно обнимая свою спутницу.
– Значит так, – я набрала воздуха, – у тебя сейчас в жизни новый период. Так?
– Так, – подтвердил Владилен.
– И ребенок от предыдущего брака не нужен ни тебе, ни ей, – я указала головой на его спутницу, – тем более больной ребенок…
– Ты не права, – начал Владилен, – я очень люблю девочку.
Я поняла, что перегнула палку. Решила выкрутиться.
– Конечно, любишь. Но у тебя нет на нее времени. Нужно контролировать бизнес. Ведь так?
С такой формулировкой Владилен согласился охотнее: «Да, да, ты права»
– У девочки есть какие-то еще родственники со стороны твоей погибшей жены? – спросила я.
– Нет. Никого нет.
– Тогда ты совершенно прав в том, что мы с Филей самые близкие и родные ей люди. Верно? Ну, еще может Алена с Ингой, – вспомнила я первую жену Владилена.
– Не напоминай мне об этой стерве, – видимо я что-то сказала не то, Владилен опять начинал злиться.
– Хорошо. Но ты согласен со мной, что Филя ее родной брат? И я тоже вроде не чужая, – исправилась я осторожно.
– Да, согласен. Только я не пойму к чему ты клонишь? – Владилен снова расслабился.
– Отдай мне девочку, – выпалила я. И быстрее, чтоб он не передумал, добавила. – Я увезу ее в наш центр, буду лечить, сделаю все, что смогу. А у тебя будут развязаны руки. Ты сможешь заниматься бизнесом и личной жизнью. А она будет жить со мной столько, сколько нужно. Пока совсем не поправится. Ты будешь ее навещать, когда захочешь. Согласен?
Владилен задумался, было видно, что он колебался. Но я его не торопила. Это решение он должен был принять сам. Он молчал несколько минут, потом сказал:
– Допустим, я согласен. Ведь это же для блага ребенка, – уговаривал он сам себя вслух, – но как быть с формальностями? Я даже не представляю, как можно это все оформить, чтобы ты смогла забрать девочку…
– Нужен брак, – быстро сказала я.
– Что, что? – Владилен был явно в шоке от такого предложения. – Ты предлагаешь мне на тебе жениться?
– Да, предлагаю. Я предлагаю тебе заключить брак по расчету. Мы с тобой регистрируемся, я ее удочеряю и на законных основаниях уезжаю с ребенком в Россию. Ну, как?
– Но у меня другие планы, – Владилен демонстративно обнял свою спутницу, и она счастливо заулыбалась.
Я все никак не могла понять, зачем он ее привел с собой. Может быть, боялся оставаться со мной наедине, а может в качестве демонстрации своих сил и возможностей. В любом случае, эта «невеста» была как декорация в спектакле: безмолвная и незаметная.
– Я понимаю твои планы, – я говорила быстро, – поэтому через полгода мы с тобой разведемся, господин Отто Штрайберг, и ты сможешь узаконить свои отношения с этой зеленоглазой красавицей. А Кристина останется со мной. Ну, как? – я ждала.
– Но это значит, что я потеряю девочку навсегда, – засомневался Владилен.
