Когда его пальцы окончательно безвольно расслабились, я вдруг, не дав себе и секунды подумать, дернула пистолет на себя. Одна моя школьная подруга, чей отец был гончей, увлекалась огнестрельным оружием, и благодаря его табельному оружию у меня были примерные знания о том, как нужно держать пистолет и снимать его с предохранителя. Другое дело, что я никогда не стреляла по живой мишени — только пару раз по бутылкам на заднем дворе, но сейчас это уже было неважно.
— Детка, ты чего… — растерянно пробормотал бугай, смотря на меня с таким искренним удивлением и обидой, словно я обманула его в лучших чувствах.
— Не двигайся, — приказала я, судорожно раздумывая, что делать дальше. Сказать ему, чтобы проваливал? А если он спустится на пару этажей, а потом вернется и набросится на меня сзади?
Меж тем шум в коридоре за его спиной нарастал, чередуемый звуком ломающейся мебели и громким матом. Каждая секунда ожидания нещадно изводила меня. Хватит и пары мгновений, чтобы Джен или Йон оказались серьезно ранены или того хуже. Как мы вообще оказались в этой ситуации здесь и сейчас? И как мне было отделаться от мысли, что в этом была и моя вина? Ведь если бы я не уговорила Йона приехать…
За стеной громыхнул выстрел. Я вскрикнула, ощущая, как горло сдавило от ужаса, а на глаза навернулись непрошеные слезы. Руки, сжимающие пистолет, задрожали, и если бы стоявший напротив меня мужчина не был все еще частично под действием моих феромонов, то ему бы не составило никакого труда обезоружить меня здесь и сейчас.
В ушах звенело, и я чувствовала, что еще немного и потеряю контроль. Приступ подкрадывался со спины, словно голодный зверь. Он готов был наброситься на меня, скрутить по рукам и ногам и заставить извиваться на полу, сжимая голову руками и умоляя хотя бы о нескольких секундах темноты и спокойствия.
— Нет, — выдохнула я, до боли стискивая пальцы на рукоятке чужого пистолета, что внезапно стал казаться просто невыносимо тяжелым. — Нет, только не сейчас и не так. Я не позволю тебе.
— Детка, о чем ты…
Он не договорил — его вдруг снесло в сторону распахнувшейся дверью. Мгновение я целилась в грудь возникшего на пороге Йона, а потом пистолет с глухим металлическим звоном выпал у меня из рук и я бросилась альфе на шею, ощущая, как горячие слезы заливают щеки.
— Я же сказал тебе оставаться внизу, маленькая омега, — устало выдохнул он, обнимая меня и прижимая крепче к себе. — Что ты тут натворила?
— Я не знаю, я… Кто стрелял? Где Джен? — Я захлебывалась рыданиями и словами и никак не могла восстановить дыхание.
— Она в порядке. Их было всего трое, не считая… этого. — Он покосился на тихо стонущего в стороне мужчину, который ощутимо приложился головой о стену при падении. — Судя по их лицам, они явно не ожидали увидеть разъяренную бестию на своем этаже.
— У него было оружие, он… Он мог навредить вам, — всхлипнула я, вдыхая полной грудью запах моего альфы. При мысли, что я могла его потерять, меня начинало мутить. Если бы я только знала, что тут будет, я бы и Джен не позволила сюда сунуться. Во что бы Макс ни вляпался, это не стоило жизни и безопасности моей семьи. Только вот теперь было уже поздно — мы оказались в этом болоте вместе с ним.
— Хани? — Я увидела раскрасневшееся лицо Джен, возникшее посреди дверного проема. — Какого Зверя ты тут… А, впрочем, чему я вообще удивляюсь. Надо было тебя привязать к батарее, несносная омега.
— Это вас надо к ней привязать, — устало пробормотала я, вытирая текущий нос рукавом куртки. — Что с Максом?
— Жив, — коротко отозвалась она. — Нужно побыстрее убираться отсюда, пока эти идиоты не пришли в себя, а соседи не вызвали копов.
Внезапно я ощутила, как хватка альфы, которой он прижимал меня к себе, ослабла. Он, привлеченный чем-то, отпустил меня и подошел к слабо шевелящемуся бугаю, что лежал у стены. Присев на корточки, Йон взял его за левую руку и не слишком деликатно развернул к себе его кисть. Заглянув ему через плечо, я увидела то, чего сама не заметила раньше — вытатуированную на тыльной стороне ладони бандита красную лилию. Достаточно крупную и яркую и как-то плохо вязавшуюся с его образом в целом. И судя по всему, Йона привлекла именно она.
— Ты знаешь, что это, да? — тихо спросила я.
— Да, — каким-то отстраненным, глухим голосом подтвердил альфа. — Я уже видел такую однажды. Это отличительный знак самых отборнейших мерзавцев и подонков во всем Восточном городе.
— Откуда такие ценные сведения? — тяжело дыша, уточнила Джен, смахнув с потного лица прядь волос.
— Один мой старый знакомый один из них, — ожесточенно скрипнув зубами, отозвался Йон, и я мгновенно поняла, о ком идет речь. И, словно подтверждая мою догадку, альфа добавил: — И он мне очень по-крупному задолжал.
