— У тебя с этим какие-то проблемы? — немного нервно повысила голос она. Я чувствовала, что Джен тоже невероятно вымоталась за этот день и не намерена выслушивать критику своего решения, которое по факту приняла за всех, избавив нас от необходимости ломать над этим вопросом голову. По крайней мере, именно так ей всегда казалось — что она не навязывала кому-то свою волю, а просто брала на себя ответственность, избавляя от ее груза своих близких. К счастью, мой альфа то ли тоже это понял, то ли был не в настроении спорить, потому что просто пожал плечами и ничего ей больше не сказал.
Мотель, в который она нас привезла, находился в стороне от основных трасс, а потому больше походил на любовное гнездышко для тех, кому негде уединиться, чем на гостиницу для путешественников или дальнобойщиков. Впрочем, в текущей ситуации привередничать совсем не тянуло. Посовещавшись, мы решили заказать еду прямо в номер и Джен позвонила в службу доставки пиццы, благо что их номер был у нее на быстром наборе. За комнаты тоже заплатила она, причем мне показалось, что Макс и не думал предложить поучаствовать финансово. С другой стороны, Йон тоже не выказал такого намерения, и потому какое-то время мне было очень неловко из-за того, что у меня самой не осталось ни наличных, ни кредитной карты, чтобы сделать это за него.
Мы взяли два соседних номера — оба с двумя отдельными кроватями, и Джен с Максом без лишних вопросов согласились занять один из них. Я была рада, что хоть на этот раз альфы решили обойтись без выяснений отношений, пусть даже что-то мне подсказывало, что на деле их противостояние еще не окончено. Просто временно поставлено на паузу ввиду более важных событий.
Когда принесли три больших коробки с пиццей, мы собрались в том номере, что мои друзья выбрали для себя. К тому времени Йон и Джен уже приняли душ и привели себя в порядок после состоявшейся в лофте Макса драки, пока лично я занималась изумительно приятным ничем, сидя на краешке одной из кроватей и глядя в стену перед собой. Давно уже не получала такого удовольствия от абсолютной пустоты в голове, слегка перебиваемой звуком льющейся воды за стенкой. Удивительно, но у меня не мелькнуло ни одной мысли о том, что там происходит или как выглядит мой альфа под упругими горячими струями. Видимо, даже притяжение метки способно отступать перед лицом подобного рода душевных потрясений.
Номера в этом мотеле были простенькие, но чистые — из мебели тут были лишь кровати, пара тумбочек, подвешенный к стене телевизор, маленький холодильник в углу и комод, в котором лежало свежее белье. Темно-зеленые обои на стенах были покрыты едва различимым хвойным узором, а над изголовьем одной из кроватей в стене была заметна плохо заштукатуренная выбоина, которую могли сделать как в порыве страсти, так и в пьяной потасовке. В воздухе — особенно в ванной — ощутимо тянуло хлоркой, зато, благодаря ей, не ощущалось запахов прежних постояльцев.
И все же мне здесь было не по себе. Я с детства испытывала какую-то необъяснимую тревогу в отелях или сдаваемых посуточно квартирах. Не могла не думать о тех, кто был здесь до меня — и о том, чем они тут занимались. Иногда мне казалось, что следы их присутствия похожи на слои грязи, что остаются на стенах и вещах. И чем больше в одной комнате побывало постояльцев, тем грязнее она ощущалась. Как бы усердно работники клининга ни скоблили стены и пол, сколько бы раз горничные ни пропаривали белье, эта грязь никуда не девалась, она въедалась лишь плотнее и глубже, становясь неотъемлемой частью подобных мест. И поэтому я старалась ничего не трогать лишний раз и занимать как можно меньше места в пространстве, забравшись на одну из кроватей с ногами и прижав колени к груди.
Пицца исчезла в мгновение ока — одну из них Йон заглотил в одиночку, грозно порыкивая на всякого, кто пытался покуситься на его коробку. Честно говоря, глядя на то, как он уплетает за обе щеки, я почти забыла о том, что сама была голодна. Интересно, за счет истинной связи мы могли насытиться оба, если бы поел только один? Или настолько изощренным образом она не работала?
— А теперь рассказывай, — приказала Джен, ткнув последним куском пиццы в сторону Макса. — После того, что сегодня было, я хочу знать все от и до.
— Это… не самая короткая история, — неуверенно заметил он, покосившись на меня с Йоном. Они с моим альфой едва ли перебросились парой слов с тех пор, как мы спасли его из заточения в собственной спальне. Я даже не была уверена, что они представились друг другу, но сейчас уточнять это было бы как-то странно.
— А у нас полно времени, судя по всему, — ничуть не смутилась та. — Вся ночь впереди.
Он медлил, то ли собираясь с духом, то ли решая, какую часть правды нам все-таки стоит знать.
— Я пристрастился к игровым автоматам, когда мне было пятнадцать, — наконец начал свой вымученный рассказ Макс.
