Очевидно, блондин поведал ей также и то, что ее вторая дочь жива, пообещал снизить налоги и вывести людей из подземелий, и теперь бабушка окончательно и бесповоротно влюблена в белобрысого интригана. Но звучало и впрямь очень и очень обнадеживающе. Осталось лишь набраться терпения, и пережить завтрашний день.
– Ну и где оно? – Улыбнулась я ободряюще им обоим. Те непонимающе переглянулись. – Моё платье. – уточнила я. – Оно ведь уже есть, правда?
Да, оно было. Наряд ждал своего часа в гардеробной комнате, смежной с моей спальней. Золотистое, с пышной юбкой и длинным струящемся шлейфом из органзы с плотным блестящим кружевным приталенным лифом без рукавов, спускающимся почти до середины бедер, оно царственно возвышалось на подставке, надетое на безголовый силуэт, казалось, заполняя собою все немалое пространство комнаты. Что и говорить, блондин умел действовать оперативно.
– Это платье твоей матери. – Уточнила бабушка благоговейно, боясь прикоснуться к золотому шедевру местной швейной индустрии.
Ах, вот оно что. В таком случае, так даже лучше. Платье есть. Что там еще положено в таких случаях? Туфли, прическа, макияж…? Хорошее настроение не обязательно. Хотя я вполне могла себе его представить, едва начинала думать о доме.
– Примерим? – Предложила тетя с видимым энтузиазмом.
Что, все по очереди? Я ее энтузиазма не разделяла. Нет, спасибо. Я надену его только один раз.
– Может лучше покушаем сначала? – Предложила робко. Но, едва я успела закончить предложение, бабушка резво подпрыгнула, и со скоростью шестидесятилетнего, но вполне бодрого болида метнулась за дверь. Это явно была ее стезя.
Тетя Лили с сожалением отвела взгляд от моего свадебного наряда. – Ты уверена, Аля? Уверена в своем решении?
– А вы, я вижу, сомневаетесь?
Она чуть пожала плечами, и подошла к высокому стрельчатому окну. За ним открывался чудесный вид на сад, но это не казалось чем-то удивительным. Здесь все виды были чудесными. Женщина провела пальцами по светлому каменному подоконнику, и чуть сощурила свои голубые глаза, глядя куда-то в недоступную мне даль. – Я просто никак не могу поверить в то, что все наши проблемы могли решиться вот так просто, что столько лет мы скрывались и прятали тебя зря. Столько времени прошло впустую…
– Но всё что ни делается, все к лучшему, верно? – Я подошла, и положила свои ладони ей на плечи. – Если бы да кабы… А проблемы решаются, и это здорово, нужно быть благодарными за такоё исход и просто радоваться, наверное…
– Вот именно, что наверное. – Вздохнула она. – Мне кажется, что-то то здесь все-таки не так, как-то слишком все неправдоподобно гладко…Или же это всё моя вечная паранойя, с которой я так сроднилась за последние двадцать лет, что это она никак не хочет отпустить меня жить спокойной жизнью.
– Всё будет хорошо. – Я чуть сжала пальцами ее плечи. – Обещаю. Со своей стороны я сделаю всё, я прослежу, чтобы Алес исполнил обещанное, чтобы люди больше могли не бояться, и свободно жили на свежем воздухе, забыв про те жуткие подземелья.
Она кивнула, и отошла от окна. – Постараюсь больше не рефлексировать. Ты права, всё будет хорошо.
– Для меня это всё тоже непросто. – Я тяжело выдохнула, и вернулась на диван.
Но нет, если я сейчас начну, то, скорее всего остановиться уже не смогу. В слишком болезненный клубок все это переплелось, и начни я сейчас его расплетать…
Благо, в следующий момент дверь распахнулась, и показалась бабушка с большим медным подносом со всякой снедью. Мы бросились ей помогать. Поднос был водружен на придиванный столик, и я с удовольствием оглядела содержимое.
– Кушать подано, – озвучила бабушка, жестом фокусницы поднимая тяжёлую крышку с внушительной круглой миски с дымящимися варениками, украшенными лавровым листом и укропом. Рядом стояла треугольная пиала со сметаной, прозрачный графин с ягодным морсом, плошка с маленькими печеными пирожками и небольшое блюдо с фруктами. И при взгляде на это ароматное великолепие мне напрочь отбило все негативные мысли. Да уж, семья – это явление, неразделимое со вкусной едой. Пожалуй, я даже буду скучать… Там, дома вряд ли кто-то приготовит мне вот такое блюдо вареников. У меня и самой даже овсянка то толком не всегда выходила. Возможно, стоило бы записаться на кулинарные курсы? Скорее всего, так и сделаю. Нужно же будет заполнять чем-то содержательным и полезным всё свое свободное время… А пока я млела от удовольствия, балуя свои вкусовые рецепторы и краем уха слушая, как родственники обсуждают детали завтрашнего празднества.
Моя роль была небольшой. Нужно было быть красивой, молчать, кивать, улыбаться, и в нужный момент снять с себя Индиго и надеть его на шею Алеса. Всё. Ну, это не звучало чем-то трудновыполнимым. Не нужно было плясать сложный традиционный танец, гарцевать на лошади или произносить длинную пафосную речь, и чудесно. С остальным я вполне справлюсь.
