Проигнорировав мага, Влад предпочел нанести последние руны на ламинат, оглядел издалека получившуюся печать, немного косую, зато практичную, а потом позвал в комнату первую группу гвардейцев, ловко втолкнул к ним Ниирана с охраной, желая как можно скорее избавиться от болтливого мага. Влад даже в зеркало смотреться не любил, а Нииран как будто бы напоминал его в молодости, наглого и самоуверенного, еще и не затыкался и пытался заработать досрочную казнь. Видимо, решил, что информация сделает его бессмертным. Стиснув зубы, Влад наколдовал заклинание в первый раз и внимательно наблюдал, как исчезают демоны, готовый порвать плетение, если что-то пойдет не так.
Когда во вторую группу просочились Саша с Белкой в обнимку с чемоданом, Влад придержал за плечо Яна, потому что он, недавно раненный и уставший, совсем не чувствовал себя в состоянии спорить с двумя воинственно настроенными детишками. Остальные гвардейцы заозирались, чувствуя, как нечто назревает, а Вирен картинно застонал. Он как раз травил Рыжему и Ринке какую-то историю в углу коридора, где они прятались от солдат, оттаптывающих друг другу ноги, и неаккуратно лузгали семечки, купленные в ларьке напротив дома. От человеческого «деликатеса» Рыжий сначала пришел в ужас, но потом втянулся. Теперь он замолк на полуслове и вывернул шею, приглядываясь к происходящему в гостиной.
Наблюдая за потрусившим к Белке и Саше Джеком, Влад укоризненно цыкнул на шерстяного предателя, который сидел рядом с Белкой, ласково поглаживающей его по широкому лбу, и вилял хвостом. Коротким посвистом попытался отозвать его обратно, но Джек выражал полное нежелание подчиняться приказам; за такое в Гвардии вроде бы полагалось увольнение (Влад читал контракт кое-как, знал его больше из размышлений Яна), но хитрый пес понимал слова тогда, когда ему это было удобно.
— Я еще согласен, Сашка куда-то рвется, раз убедил в полезности своего дара, да и он наш стажер и тоже работает по делу Мархосиаса, — медленно начал Ян, — но, Белка, ты же понимаешь, что в Аду сейчас опаснее всего! Там оппозиционер с артефактом, который легко может подчинять волю демонов, и армией наемников. А ты не хочешь остаться в безопасном Петербурге? С нашими коллегами, которые тебя защитят?
— Я знаю, как Саше помочь, я прекрасно научилась рисовать те енохианские символы! А еще у меня есть амулет! — возмутилась Белка, засунув руку за воротник кофты, и с ликующей улыбкой вытащила небольшой кулончик, выглядящий самой дешевой бижутерией. — Знаете, я кое-что и уяснила за время, пока вас всех знаю, — она решительно указала на Яна с Владом, потом обвела рукой вообще всех гвардейцев в комнате, поддерживающих сумки, автоматы и пару злобных наемников, и с чувством собственного достоинства продолжила: — Самое безопасное место — рядом с вами! И в этом я убеждалась не раз. Гвардия сможет защитить нас от чего угодно, поэтому я не боюсь.
— Безопасное место в воронке бури, — фыркнул Вирен, заработав укоризненный взгляд Яна. — Конечно. Очень умно.
— К тому же, — скромно добавила Белка, потупившись, — Влад учил меня, я очень хороша в рукопашной. Вирен знает, мы с ним в школе дрались!
Тот проворчал нечто неразборчивое, неуютно косясь на заинтригованных новых приятелей, жаждущих подробностей. Влад прекрасно знал, что Вирен никогда в жизни не признается, как Белка его побеждала в каждой драке в первое время, а он потом выпрашивал у всех лечебные амулеты, чтобы стереть фингалы под обоими глазами…
— Обещайте, что будете осторожны, — попросил Ян. — Мы не можем подвергать опасности гражданских.
Посчитав, что гораздо быстрее будет не спорить, а смириться, Влад понадеялся, что удастся повлиять на их упрямство с помощью родителей Белки. Да и его сильно раздражали бесполезные сборы, которые лишь растрачивали время. С утра он был полон решимости гнаться за Мархосиасом по пятам, а вместо этого сначала попал в бюрократический ад, в котором пришлось объясняться с Ирмой и слушать бесконечные претензии к небрежным отчетам, которые они писали заполночь, а потом был вынужден возиться с перемещением.
Они отправились замыкающими вслед за третьей группой, не успев насладиться тишиной в оказавшейся вдруг пустой квартире. Покидать Петербург было жаль, но помучиться этим тягучим чувством сожаления, поселившимся в груди, Владу не дали. Сил оставалось аккурат на еще одно заклинание, и печать на полу послушно засияла, подчиняясь его движениям. Ян крепко, но небольно схватился за его плечо, хотя Влад был уверен, что из-за контракта их никогда не разделит при перемещении, не разметает в разные концы Ада. Но Ян побаивался или же следовал вбитой еще в инквизиторской академии инструкции; Влад никогда не спрашивал, но и вырываться не спешил. Это помогало сосредоточиться.
