Он прекрасно знал гвардейскую науку: разряжать тоску странным, иногда неуместным весельем. Да, у них получилось передать ему все, что сами знали, и Ян благодарно посмотрел на Вирена, улыбнулся слегка натянуто. Сердитая Ринка показала сжатый кулак, ткнула Вирена в плечо.
Влад же, воспользовавшись их возней, аккуратно подхватил Яна под локоть и отвел на противоположную сторону улицы, где не было чужих ушей. Они во всем доверяли гвардейцам, но дело было серьезным. Влад помахал у него перед носом одноразовым амулетом связи, по которому разговаривал:
— Как и записано в бумагах, у Мархосиаса есть собственность на Восьмом круге, весьма популярное местечко для загородных имений Высших, — зачастил Влад — он всегда тараторил, когда волновался. — Отряд Ист подтвердил, что там засекли движение. Ближе подходить не стали, установили слежку издалека, боятся спугнуть. По ауре можно предположить, что там сильный маг, но брать пока рано, надо изучить… Но, кажется, кольца с ним нет.
— Он и не подозревал, что мы докопаемся до имения, — вслух подумал Ян. — Нигде официально оно не значится, я уж попросил проверить архивы еще раз. Есть лишь пара старинных выписок, которые хранились у Мархосиаса в подвале.
— Ад всегда был беззаконным местом. Но нам нужно быть осторожными, я пошлю туда еще солдат, если что — возьмем сами. Единственное, что меня волнует: кольцо. — Влад помолчал, словно пытаясь придумать, как бы это на пальцах объяснить. — От него на изнанке — особый след. Похоже на силу Рыжего или на ауру Евы. И вот там ее никто не видел.
— У него должен быть сообщник, — предположил Ян. — Самаэль? Вряд ли Мархосиас доверяет наемникам… Да, мы лишили его части солдат, которых он хотел обернуть против нас, но главная сила — магия. Всегда считал это страшно несправедливым: я по рождению человек, я привык сражаться обычным ощутимым оружием. Магия уничтожает любые правила ведения войны.
Странно ему это было говорить: тому, за чьими плечами лениво плещется Бездна, готовая откликнуться на любой каприз; ему, намертво связанному демонским контрактом с Высшим боевым магом, разделившему с ним и душу, и силу, и всю жизнь. А все-таки в такие моменты становилось тоскливо по обычному, серенькому миру людей, в котором Ян жил в детстве, не догадываясь о пестрой изнанке. Иногда он размышлял, каковы бы они все были, если б родились простыми людьми…
Но сейчас Ян не мог сдержать радости от того, что они нашли Мархосиаса; надеяться оставалось, что это именно он, молиться незнамо кому. После многих дней тревоги, неизвестности ему хотелось ликующе кричать в ясное светлое небо, броситься Владу на шею или еще какую-нибудь глупость сделать. Однако Ян силой удержался, ограничился спокойным кивком; вытащил из кармана пачку сигарет, и они вместе курили, как и утром, всего пару часов назад.
Солдаты с собаками вернулись, кинулись к ним чуть не в ноги, и радость померкла: упустили! Джек доплелся до них, шел, низко опустив голову и виновато урча, но Влад ласково потрепал его по холке. Один из тех, кто значился в списке, испарился, оказался быстрее и вертлявее, чем они полагали. Знал эту часть города куда лучше гвардейцев, жил в ней, сроднился и с легкостью нашел путь на волю. Отдувающаяся после бега Айя созналась, что нашла свежие следы заклинания телепорта: стоило отбежать подальше от кабака, и их барьер исчезал.
— Вот черти… — раздосадованно протянул Влад, растерянно оглянулся по сторонам. — Да вы не вините себя. Вряд ли это был такой важный пленник.
— Он наверняка отправится к Мархосиасу искать защиты, — предположил Ян. — Мы можем отследить его телепорт? Хотя бы…
— Восьмой круг, — сказала Айя. — Мы были правы.
Они безрадостно кивнули друг другу и отправились обратно к замку.
***
Кто бы Каре сказал, что она сможет выдержать два Совета за раз, она бы искренне посмеялась. Один был обычный, почти каждодневный — такое она считала кропотливой, но нужной работой, не жаловалась даже Ишим — по секрету. Долго обсуждали волнения в народе; аресты, которые устраивали гвардейцы, скрыть было невозможно, Ад полнился слухами. Она передала газетчику Лагису написанную речь, призванную успокоить граждан. Сомнения подтачивали Кару: она не хотела лгать народу, который возвел ее так высоко, не желала напомнить себе Люцифера. Но она защищала их и не сказала ни слова лжи: и правда ведь они хватали наемников, чтобы обеспечить безопасность…
