Вместе с тем карта была расчерчена на многие небольшие лоскутки — владения самых разных Высших. А вот от самого фронта тянулись земли Мархосиаса, как негромко пояснил Вельзевул, ткнув прямо в центр владений, где располагался замок.
— Довольно внушительный кусок круга, если честно, — признался Эл; остальные согласно зароптали. — Как он умудрился столько завоевать?
— Не слышала о его военной славе, — нахмурилась рыжая демоница Рахаб, одна из высших чинов Гвардии.
— Насколько я знаю, у него не было так много войск, — признался Вельзевул. — В то время все боролись за первенство, если б у Мархосиаса было достаточно солдат, пришлось бы нам с ним сражаться. А у меня не было ни капли опыта полководца, я страшно боялся его.
И он улыбнулся, легко откровенничая, зная, что никто тут не стал бы его укорять.
— Ты с ним хоть раз говорил? — скептически уточнил Влад. — У меня есть ощущение, что нет никого, кто беседовал с Мархосиасом и жив до сих пор.
— Я говорила, когда отправляла с ним Самаэля, — нерешительно сказала Кара. — Пятнадцать лет назад. Неприметный демон, он не казался опасным, при Люцифере занимал должность при дворе, никак не связанную с военным делом. Вы знаете, вскоре после дуэли было несколько несогласных, которые тут же постарались воспротивиться, но Мархосиас сидел тише всех. Я спрашивала у многих, все они сходились на том же, проверка Гвардии показала, что он чист.
— В тот раз мы не знали про подвал, — предположил Влад.
— Не хочу тебя расстраивать, но у нас ничего преступного. Книги старые, мы не знаем, были ли они получены незаконным путем, — чопорно добавил Ян. — Алхимические приборы тоже сделаны давно, но на них настоящие клейма мастерской из Дита, хотя они теперь закрыты.
— Инквизиторство, он определенно наш враг, стремящийся к завоеванию Ада с помощью древнего артефакта, — терпеливо напомнил Влад. — Ценю твою презумпцию невиновности, но все дело как раз в магии: малейшая ошибка — и ты труп. Поэтому логично, что тут все законно, Высшая магия терпит особое оборудование. Давайте начистоту: мы все недооцениваем тихих людей… и демонов. Мы сами кричали громко, вели революцию, а позабыли, что переворот можно совершить тихо.
Пристыженные, они все смолчали.
— Да, все верно! — воскликнул Вельзевул. — Я поспрашивал у своих знакомых, у тех, кто лучше моего понимал в политике. В Аду сейчас таких старых демонов мало. Говорят, большую часть своих земель Мархосиас купил, а не отвоевал; у него было две жены — дочери больших лордов, и обе они странным образом скончались, а все их владения достались Мархосиасу. Он полагался не на грубую силу, как остальные, и потому выигрывал войну, что вели веками. Он умел выжидать.
— Может быть, он не зря выбился в ближний круг при Люцифере? — нерешительно предположила Ишим. Она научилась не стесняться внимания, говорила твердо: — Он мог ждать шанса свергнуть его, но гражданская война решила сама.
— Долго же он готовил планы, — цокнула языком Кара, прикидывая, сколько правил Люцифер. — После такого пятнадцать лет покажутся мигом…
И сама она терялась, бывало, во времени, увлекалась. Годы то проносились стремительно, когда она мучилась болезнью бессмертных, скукой, то тянулись тысячелетиями… Но Мархосиас, так долго вынашивавший планы мести, начинал ее пугать.
— Мы должны понимать, что у нашего противника большой опыт, — высказался Вельзевул. — Его вряд ли удастся вывести на битву в чистом поле, если вы понимаете, о чем я. Территория Мархосиаса — это обман, политические интриги. Он умеет дожидаться. И я представляю, как он был зол на нас, когда мы раздали его земли, которые Мархосиас путем манипуляций добывал многие годы — может быть, столетия!
— И едва ли он один такой, — высказался кто-то со стороны гвардейцев, и там согласно зашумели.
— После войны они не могли сразу выступить против, — подытожила Кара. — А теперь, заручившись поддержкой Самаэля как законного наследника…
— Мы еще можем образумить Самаэля! — воскликнула Ишим, хватаясь за руку Кары в поисках поддержки; ее слова встретили скептически, но она не сдалась: — Все вы помните мальчишку, которым он был, едва отгремела гражданская. Самаэлю не нужен был трон, он хотел жить простым человеком и наслаждаться этим!
«Как и мы все, — внезапно подумала Кара, печально кивая. — Но лишь у Самаэля хватило сил бросить все и уйти — что ж, я называла это трусостью многие годы, но и сама нередко мечтаю сбежать и дожить век тихо, не вмешиваясь в судьбы миров…»
— Нам нужно поговорить с ним! — убеждала Ишим. — Я думаю, что Самаэль до сих пор не готов к ответственности, но попался на уговоры Мархосиаса. Ведь Вельзевул говорит, что он так хитер! Мархосиас во время войны обманывал многих Высших, он с легкостью справился бы с одним ребенком!
