— Мой Патрон отнесся к случившемуся с пониманием, — ответил я. — Во-первых, Крымское ханство ногами вперед я вынес не ради добычи, а для того, чтобы избавить пределы русского государства от грабительских набегов. В свою очередь, нахальный пацан султан Ахмет оскалил на меня зубы, обидевшись за своего уничтоженного вассала. Он послал к Крымским берегам флот с десантом из башибузуков, а в таких случаях я бываю слегка неумолим, и, отразив вторжение, наношу смертельный ответный удар. Государство Османидов в том мире закончилось бесповоротно, а вместо него возникла Вторая Византийская империя, которой правит добрейшая и милейшая императрица Дагмара Первая. Во-вторых, захваченные моим войском неисчислимые трофеи пошли не на увеличение личного благосостояния меня и ближайшего окружения, а на нужды снабжения и обеспечения всего войска. Если после Бахчисарая мы перестали задумываться о текущих расходах, то Константинопольская операция дала нам возможность заказывать изготовление крупных партий вооружения и боеприпасов. Однако прошло еще совсем немного времени, и мы перешли на снабжение звонким металлом из собственных источников по стандартам цивилизации пятого уровня. Там, в далеком будущем, золото утратило роль всеобщего мерила ценности, ибо добывать его при имеющемся уровне технологий даже проще, чем в романе Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина». Специальная машина-харвестер перелопачивает лунный грунт, возгоняя его до плазменного состояния, и из этого выхлопа возможно отбирать нужные химические элементы. Если нужен сверхчистый кремний, то будет кремний, если алюминий и титан, то будет алюминий и титан, а если потребуется кислород, то машина станет добывать именно его, беспощадно отбрасывая остальное. В настоящий момент подобным образом мы добываем редкоземельные элементы и то количество золота, какое необходимо для текущих расчетов и безвозмездной помощи союзникам, испытывающим финансовые затруднения — не больше, но и не меньше. Накапливать запасы желтого металла ради самого накопления я не считаю нужным, ибо это не имеет никакого смысла. Главной ценностью для меня являются люди, но не какие попало, а только те, что сами стремятся пойти со мной по мирам, утверждая в них справедливость. Поэтому в каждый мой договор с русским или советским государством вносится пункт о праве их граждан по собственному желанию переходить ко мне на службу на время или навсегда. И это единственная плата, какую я согласен брать со своих союзников, неважно, младший ли это партнер, или сосед с фланга. За все остальное, что мне нужно, я рассчитываюсь в звонкой монете или передаваемыми технологиями, имея в виду, что стоимость золота конечна, а сэкономленные годы, десятилетия и даже столетия развития бесценны…
— Ви наш человек, и это несомненно, — при всеобщем одобрении сказал товарищ Сталин из мира «Полярного Лиса». — А теперь, когда наше первичное знакомство состоялось, и мы вас поняли, давайте поговорим о том, как нам жить дальше — и по отдельности и всем вместе.
— Да, — подтвердил я, — время для этого пришло. Прошу к столу, товарищи…
Тысяча сто четырнадцатый день в мире Содома, утро, Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы, рабочий кабинет командующего
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической империи
Прежде чем товарищ Сталин из мира «Полярного Лиса» смог организовать у себя на одной из дальних дач все необходимое для размещения в полевом лагере новозапечатленного контингента остроухих в соответствии с самыми минимальными требованиями, в Тридесятом царстве состоялось еще одно явление воскресших из посмертия. Прямо на рассвете к главным воротам подошли сразу три человека: двое мужчин и одна женщина — ну прямо не Запретный город, а какой-то проходной двор. Дух Города, проверив их своими методами, принял решение о беспрепятственном и пропуске и немедленно предупредил меня, на тот момент тихо почивающего в своем доме в Шантильи под боком у жены.
