И тогда же «Неумолимый» ударил вихревыми гравитационными орудиями главного калибра по шахтам межконтинентальных баллистических ракет. Сияющие лучи прорезали атмосферу, насквозь прожгли облака и достали ракеты, казалось, надежно защищенные толстым слоем стали и бетона. Адмирал Ларионов объяснил, что гравитационному лучу, как и обычной силе притяжения, безразлична толщина броневой защиты. Он воздействует на материальные объекты на всем своем протяжении, ослабевая пропорционально квадрату расстояния. С одинаковым равнодушием он заставляет двигаться молекулы воздуха, вызывая их разогрев и свечение, перемалывает хрупкую человеческую плоть, электронные компоненты и корпусные конструкции ракет, превращая их в мелкое металлическое крошево, будто пропущенное через мясорубку. Впрочем, при этом тоже возникают силы трения, разогревающие содержимое ракетной шахты до температуры воспламенения ракетного топлива, и нужно для этого каких-то долей секунды, после чего автоматика переносит огонь на следующую цель.
Наблюдая вспыхивающие на голографическом экране яркие точки, я понимаю, что для «Неумолимого» в считанные минуты уничтожить вражеский стратегический потенциал — задача не просто возможная, но и вполне себе рутинная. Если было бы желание, то территорию Северной Америки можно было бы перепахать вдоль и поперек, вызывая страшные разрушения и человеческие жертвы. Но у товарища Серегина такого желания нет, так что подавляющее большинство американских граждан при ликвидации их государства отделаются легким испугом. Такой уж это человек и одновременно младший архангел. При мне он ни разу не показывал своей внутренней сущности, но знающие люди рассказывали разное… Мороз по коже.
Но суровый, до зубов вооруженный, Бич Божий — это только одна сторона медали. Вчера наша делегация побывала в мире-метрополии Галактической империи товарища Серегина и ознакомилась с самым шокирующим вариантом человеческой истории. Тамошние обитательницы, выращенные в репродукционных лагерях, как скот на пищу злобному демону, были спасены и обращены обратно в людей, и нет любви, нежности и заботы больше, чем те, что новоявленный император испытывает в отношении этих несчастных девочек, девушек и женщин. То есть они были несчастными прежде, но теперь, когда младшие стали его приемными дочерями, а старшие названными сестрами, ни в одном мире нет никого счастливее этих созданий. Все в созданном им государстве нацелено на то, чтобы бывшие жертвы жуткой потусторонней сущности превратились в ответственных полезных членов общества, и они отвечают своему приемному отцу и названному старшему брату самой искренней преданностью, любовью и обожанием. Сам лично этот человек довольствуется малым, а вот своим людям стремится дать все, что возможно — лучшее воспитание и образование, лучших командиров, лучшую медицину, и так далее. А если какой-то мерзавец обидит хоть одну из его подопечных, то жить будет очень недолго, но интересно. Вендетта Божьего Бича — это воистину страшно.
Впрочем, такое же отношение товарищ Серегин проявляет ко всем, кто волей или неволей оказался вовлечен в его орбиту. Неважно, кто это: бойцовые, рабочие и мясные остроухие из проклятого мира Содома, их подрастающий молодняк, солдаты из запропастившихся в тартарары воинских частей или приставшие к армии Божьего Бича жертвы различных исторических катаклизмов — все они чувствуют себя частью большой и дружной семьи, в которой не злословят, не предают, не бьют в спину и всегда говорят только правду. Сказать честно, от вида такого монолитного единства людей самых разных рас, национальностей и временных периодов происхождения я застываю в недоумении и восхищении. Наш Владимир Владимирович тоже неплох, и как человек, и как президент, но до таких высот единения лидера со своим народом ему далеко.
А еще мне кажется, что Бич Божий, несмотря на всю свою грозную славу, не умеет по-настоящему ненавидеть. Конечно, встречая на своем пути какого-нибудь злобного негодяя, он стремится вычеркнуть того из жизни человечества, да только в этом нет ни капли ненависти или ожесточения. Убивает при этом он очень редко, чаще ссылает в далекие дали, как незадачливого Лжедмитрия, или ставит в замороженном виде к себе в Галерею Уродов, как Троцкого или Горбачева. А то вдруг потребуется допросить кого-нибудь из злодеев прошлых времен по вновь открывшимся обстоятельствам, а из ада выдачи уже нет.
И никогда этот человек не дает воли мстительным рефлексам, не унижает повергнутого врага и не издевается над ним, а только лишь сурово и беспристрастно зачитывает свой приговор, и затем приводит его в исполнение. А иногда, если в деле есть смягчающие обстоятельства, а оппонент оказывается небезнадежен по части человеческих качеств, ему предлагают перейти на сторону добра и принести все положенные клятвы. Наполеон Бонапарт, британская королева Виктория, две версии кайзера Вильгельма, а также иные прочие тому живые свидетели.
