— Допустим, только на пару минут, что я — русский крепостной мужик. Только не совсем обычный крепостной, а уже постранствовавший по миру, за время долгого плавания грамоте обученный, немного — иностранным языкам…. Что же я хочу от своей дальнейшей жизни? Тут возможны два варианта. Первый: я очень люблю Россию, у меня там остались обожаемая жена и маленькие ребятишки. Тогда мне сподручней всего — высадиться гденибудь южнее городка Охотска. С золотом, понятное дело, да и с документами какиминикакими. Откуда документы? Не смеши меня Саша, это совсем несложный вопрос! Взять того же Антипа Ерохина, который полтора года проходил денщиком у подполковника Ухова. Ванька, добрая душа, Ерохина грамоте знатно обучил, а у самого Антипа имеется природный талант к рисованию и каллиграфии. Так что он любую грамоту тебе нарисует за полчаса. Например, мол, отряд донских казаков направляется в Сибирь — на предмет поиска дельных мест для массового переселения, подпись — казачий атаман такойто…. Печать? Да любой маломальски умелый краснодеревщик по подробному рисунку тебе вырежет печать любой сложности, хочешь — из дерева, хочешь — из коровьего копыта. Документы, кстати, потом можно и сменить. За деньги, естественно…. Дальше тоже нет ничего сложного. Например, пользуясь золотом, привезённым с собой, заделаться — за годдругой — успешным сибирским купчиной, и уже в таком статусе въехать в центральную Россию…. Ладно, вариант второй: ничего меня не держит в России! Тогда можно, если деньги позволяют, купить — всё в той же Аргентине — приличную асьенду. Чем не вариант? Только вот есть одна закавыка: эти князья Меньшиковы, которым надо прислуживать, понимаешь! Горбаться на них, высокородных, добывай золото для всяких царей, королей и самураев…. Вот взяли за первый сезон — с Божьей помощью — пудов пятьдесятшестьдесят золотосодержащего песка. И что? Половина золота (слухи об этом уже сейчас ходят!), отправится в Японию, другая половина — достанется шведам. А как же я? Объясняет начальство, мол, для личных нужд золотишко будем добывать только годика через дватри. Потом обязательно дадут волю вольную и заплатят сполна? Если, конечно, к тому времени не помрёшь…. Да и сколько заплатятто эти скряги Меньшиковы? Не, наверное, маловато будет, не хватит ни на дельную асьенду, ни на капитал купеческий…. А вот же оно — золото, не погруженное ещё на корабли, лежит себе на бережку! Тут подумать надо малость, покумекать чутьчуть! И лучше это сделать заранее…. Может, прямо сейчас стоит вдумчиво переговорить с бывшими солдатами Александровского полка и с корабельными матросами? Они ведь тоже ребята небогатые, судьбой обиженные…
— Что ж, с русскими всё понятно, — усмехнулся Егор. — А что, по твоему мнению, хотят шведы?
— Это совсем просто. Шведы — ужасные патриоты, они только и мечтают, чтобы быстрее вернуться на родину. Причём, желательно с богатой добычей и с громкой славой, как это было принято у древних викингов. Самый козырный вариант: половину добытого золота сгрузить гденибудь в укромном местечке на шведском берегу, а остальное отвезти в Стокгольм и прилюдно сдать в королевскую казну. Получить за это славу, почести, звания, и уже только после этого воспользоваться припрятанным золотишком…. Да, шведам ждать несколько лет — тоже както не с руки. Следовательно…, эээ,…. Знаешь, Саша, а дальше давай уже ты, моя фантазия не бесконечна…
Егор, плавно работая вёслами, развернул лодку, и размеренно погрёб в противоположную сторону.
«Да, братец, прогнозы — дело неблагодарное!», — заканючил нерешительный внутренний голос. — «В таких серьёзных делах ошибки непозволительны…».
— Пока я железно уверен только в одном: серьёзных неприятностей нам надо ждать только по поздней весне следующего года, месяцев через девятьдесять, — предположил Егор. — То есть, когда первое золото уже будет добыто и на собачьих упряжках — ещё по снегу — доставлено в Александровск для дальнейшей транспортировки по морю. Вот в этот ответственный момент вполне возможны разные, насквозь неприятные сюрпризы. Наверняка, ктонибудь шустрый именно тогда и захочет — соскочить с нашего подвижного состава, вместе со всем золотом, естественно. Существует большая вероятность, что таких нетерпеливых индивидуумов будет много.… Говоришь, что, может, всё обойдётся и не будет никакого бунта? Будет, Санечка, обязательно — будет! Я людскую породу очень хорошо успел изучить. И сейчас, и в далёком Будущем. Большие деньги способны испортить любого человека, даже самого честного и порядочного…
— Не так, Саша, всё и безнадёжно! — бодро заверила жена. — У меня в голове уже созрело как минимум тричетыре интересных варианта. Сейчас всё обсудим, обговорим. Тем более что некоторый запас времени у нас имеется. Ты когда собираешься выходить к Юкону?
— Недели через полторы.
— Ну, за это время мы с тобой обязательно придумаем хитрый и гениальный план! Вот, кстати, ещё один спорный момент. Ты сказал минуту назад, что золото будет доставляться в Александровск на собачьих упряжках. Сколько у нас будет упряжек, две?
