Однажды кафе сняли под свадьбу. Свадьба готовилась большая, обслуживающего персонала итак не хватало, а тут ещё заболела одна официантка, поэтому Машенька в этот вечер была вынуждена вместе с тремя девушками обслуживать длинный праздничный стол. Кто мог подумать, что этот вечер станет для неё судьбоносным. Миниатюрная молодая официанточка с белой наколкой на пышных каштановых волосах приглянулась отцу невесты – невысокому, плотному, начинающему лысеть майору. В конце праздника, почти ночью, подвыпивший, но прекрасно владеющий собой Олег Васильевич прошёл на кухню и вызвал Машеньку. Так состоялось знакомство девушки с вдовцом и будущим мужем.
Через месяц Маша, уволившись с работы, выехала вместе с супругом и его тринадцатилетним сыном в далёкий военный гарнизон в душной Туркменской республике. Машенька по привычке окружила заботой и лаской пасынка Сашеньку и мужа, которого некоторое время называла по имени и отчеству. Жили они втроём в одной комнате в плохих условиях: в доме барачного типа с удобствами во дворе. Пришлось научиться управляться с керогазом, носить воду из колонки, которая стояла за полквартала от дома, ходить за несколько километров на богатый фруктами и бедный мясными и молочными продуктами туркменский базар, возвращаться с тяжёлыми авоськами назад, волоча их почти по земле из-за маленького роста.
Через тонкую стенку жили шумные соседи с тремя малышами. Все разговоры и даже вздохи были слышны в комнате Григорьевых, как и все звуки из их комнаты у соседей.
Машенька старалась помогать в учёбе Саше, который не любил учиться и в школу ходил с большой неохотой. Машу он терпел, не перечил ей, но и в душу к себе не пускал. Её заботу принимал как должное. Олег вечно пропадал: то уезжал в командировки, то, как все офицеры, сидел на военном положении в казармах, то ночью по тревоге поднимался и вместе с другими однополчанами уезжал в тёмную ночь на машинах, крытых брезентом. Машенька никак не ожидала, что её семейное счастье будет именно таким.
Через два с половиной года муж получил двухкомнатную квартиру, в которую они поторопились переехать, даже не сделав ремонт после предыдущих жильцов. Отмывали и красили, так сказать, в рабочем порядке. Радости не было конца. Теперь Маша особенно задумалась о рождении ребёнка. Ей шёл уже тридцать пятый год. Другие жёны офицеров её возраста гуляли во дворах с малышами, ожидая прихода из школы старших детей. У неё был взрослый сын – шестнадцатилетний Сашенька, которого она искренне любила, но очень хотелось своего, маленького, кровинушку. Но ей не суждено было испытать счастье материнства, и неизвестно, была причина в ней или в стареющем муже, который не разделял желания жены иметь детей.
Так прошёл ещё год, и Саша, окончив школу на все четвёрки, уехал поступать в военное училище к сестре. Чета супругов Григорьевых осталась одна. Машенька, затосковав, принялась искать работу. Устроившись в столовую кондитером, она проработала всего несколько месяцев и была вынуждена уволиться из-за перевода мужа на новое место службы, на этот раз на Север.
Ехали через всю страну на поезде очень долго, за окном каждый день менялся пейзаж; в вагоне становилось всё холоднее, а на душе – тревожнее. Но напрасны были страхи Марии – их ждала однокомнатная квартира в двухэтажном доме с толстыми стенами и приветливыми соседями и должность учителя по домоводству в маленькой школе.
За пять лет службы в северном гарнизоне в отпуск к дочери и сыну Григорьевы ездили только два раза: познакомились с внучкой и женили сына. Привыкнув к суровому климату и обретя верных друзей, Олег и Маша, посовещавшись, решили ещё остаться служить на пять лет, затем ещё на пять. В конце срока Олег наконец отважился уйти в отставку.
Оформив все необходимые документы, сдав квартиру, распрощавшись с друзьями, Григорьевы сели в поезд, который повёз их в Москву, чтобы там сделать пересадку и отправиться в выбранный для проживания город – Ростов-на-Дону. Сидя в купе, они строили планы: купить кооперативную квартиру, машину, ездить в гости к детям, брать внуков на лето к себе. Но за сутки до прибытия в Москву Олегу стало плохо с сердцем, и врач, найденный в поезде проводником, уже ничем не смог ему помочь, только констатировал смерть шестидесятидвухлетнего мужчины. Машенька просто оглохла от горя: она ничего не замечала вокруг, не отвечала на вопросы. Хорошо, что ей помогали люди: определили её в Москве в гостиницу недалеко от вокзала, где она и проспала целые сутки, пока не прилетел пасынок, чтобы забрать мачеху и перевезти в свой город тело отца.
После похорон Машенька, оставшаяся вдовой в пятьдесят один год, на время была определена в комнату Виталика, где стала жить вместе с семилетним внуком. Она старалась не быть в тягость семье, помогала по дому, чем могла, а кухня полностью легла на её плечи.
Недолго думая, она разделила на две равные части все заработанные на Севере ею и мужем деньги и отдала их сыну и дочери Олега. Они как будто ожидали этого и, почти не поблагодарив, купили: машину – Александр, дачу – Марина.
