Зримым выражением её стало появление у отряда двух бронемашин с полным боекомплектом и десятка крупнокалиберных автоматов с интегрированным глушителем, самое удобное оружие при охоте на зараженных. Это приобретение вместе с добычей из Элиты просто грандиозного количества ништяков и недавним получением от внешников горошин после гибели прежнего главаря подняло авторитет Нортона на недосягаемую высоту.
«При Бормоне никогда за один выезд столько не добывали» - такие высказывания в разной интерпретации слышал он среди своих бойцов. Это льстило и давало уверенность, что его по-прежнему будут слушаться беспрекословно. Удачливый главарь может позволить себе быть щедрым. И управлять не только жестокостью.
Сейчас им предстояло принять участие ещё в одной операции - в атаке на стаб, но не одним, а с другими мурами. И если раньше подобное вызвало бы брожение в рядах бойцов, то сейчас уверенность в «фартовом» главаре наоборот, послужило поводом для энтузиазма.
«Стаб богатенький, а уж баб там немерено» — вот так высказался Ржавый, вызвав дополнительный всплеск радости от предстоящего.
«На какими же тупыми надо быть, чтобы так думать» - Нортон в очередной раз задался мыслью – как он сам оказался здесь? Впрочем, чего об этом думать. Мур в Стиксе — это навсегда. Операция готовилась серьёзная, даже такой штрих это показывал - для опознавания им были выданы нарукавные повязки со знаком внешников, а на технику нанесена эмблема в виде шара. Такие же эмблемы получили и другие «союзники», чтобы в бою знать, кто есть кто.
«Перед атакой стаб почти сравняют с землёй артиллерией и беспилотниками, а вам в поддержку пойдут танки» - заверил его внешник и Нортон почти поверил, что всё пройдёт хорошо.
«Теперь мы тоже шаровики» - натягивая опознавательный знак, выдал Золотарь тупую шутку и как обычно, противно заржав после этого. Помимо дара знахаря, он считался еще главным юмористом отряда и постоянно говорил что-нибудь подобное.
Дурацкий смех подхватили остальные члены группы и Нортону с трудом удалось сдержать себя, чтобы не перестрелять этих уродах. Ну почему в основном в мурах такие придурки? Впрочем, ответ и так был очевиден.
- Всем заткнуться, через полчаса выдвигаемся. Наши «партнёры» приглашают нас принять участие в интересном деле – будем стаб потрошить.
«Если сможем» - хотел добавить Нортон, но вовремя прикусил язык. Пусть лучше думают, что всё уже на мази, чем разбегутся до боя. Хотя куда им бежать?
И вот уже вся его банда трясётся в броневиках, а сидящий на переднем сидение Руф, пуская слюну от напряжения, «воняет» своим даром, отпугивая заражённых.
- Если увижу, что кто ширнётся спеком без дела, отрежу яйца и буду повторят процедуру, пока спрос на них у внешников не кончится. Это тебя особенно касается, - Нортон внимательно посмотрел на сидящего напротив знахаря и сделал страшное лицо.
- Да ты чего, босс, я вообще уже забыл, когда его пробовал, хотя иногда и яиц не жалко, лишь бы кайфануть, - тот был в своём репертуаре, но сейчас это было даже к месту. Какими бы тупыми не были его бойцы, но понимание, что они едут на войну, у всех присутствовало. Атака стаба, это тебе не новичков на кластерах ловить. Но так как большинство из муров не слишком далеко загадывали в будущее, сегодня живой и ладно, то и пугаться слишком не пугались.
- Я свои слова сказал, - главарь муров не хотел себе признаваться, но в душе он трусил. Обладая более развитым мышлением, он понимал всю опасность предстоящей операции.
«Ладно, если увижу, что дело совсем пахнет жаренным, просто уйдём» - наконец решил он и более-менее успокоился. Хотя если бы действительно захватить стаб, да ещё такой большой… Могла бы сбыться его мечта получить наконец свой постоянный дом в Стиксе.
Ещё когда его боевая группа только готовилась к выдвижение, Стоун почувствовал неладное. Началось всё с внезапного вызова от Крис, которая потребовала согласовать с ней открытие огня по стабу.
«Вы должны сообщить мне, когда будете готовы открыть огонь по стабу и получить от меня подтверждение в обязательном порядке. Без него огонь не отрывать» - прямой приказ начальника нужно выполнять, какие бы отношения их не связывали. Но майор знал, что означают такие приказы. Это значит, что в боевые действия вмешивается политика.
«Самые поганые предатели всегда сидят там, наверху»- такое он слышал не раз за время службы. Да и сам сталкивался, когда приказ «преследовать только до квадрата 42-15, границу не переходить» вступал в противоречие с ясными и понятными понятиями военной необходимости.
Поэтому двигаясь к намеченному огневому рубежу, Стоун испытывал неуверенность в успешном выполнении миссии. Нет, он не сомневался в точности разработанного плана, две сотни снарядов в минуту, которые мог выпустить дивизион самоходок, придавали уверенность, но сейчас от этого зависело не всё.
