— Да! — снова прозвучал в ответ нестройный хор.

— Валя, вы между собой договорились, кто за кем? А то если мы сейчас начнем еще в очередь становиться…

— С этим у нас порядок, — быстро заверила Инну госпожа Ворон.

— Тогда вперед. Может, и получится вас отпустить раньше, а их подержать меньше.

Те несколько часов, пока работали с ее подопечными, Валентина по большей части молчала, за всем наблюдала и ни во что не вмешивалась.

Зная, что такое кастинг, она понятия не имела, как остальные представляли себе все происходящее. Сама, честно говоря, также ожидала большего. Хотя, если разобраться, ничего лишнего здесь не увидела, как и чего-то выходящего за привычные рамки.

Агентство арендовало для своих нужд не самый большой павильон. Очевидно, использовался он нечасто. Даже с учетом общего впечатления от студийной повседневности помещение выглядело не слишком ухоженным, даже заброшенным. Здесь остро пахло пылью, темные углы отталкивали, сам павильон так и тянуло обозвать складом.

Оборудовали помещение несколькими мощными осветительными приборами. Свет падал на широкий прямоугольный белый задник. Чуть сбоку поставили стул на высоких ножках, который парень, помогавший оператору, по команде то отодвигал, то возвращал обратно. Кроме человека с камерой, здесь работал фотограф, в отличие от оператора, не стоявший на месте. Он вертелся вокруг каждой следующей модели, давал детям указания, как встать и куда смотреть, и не скрывал раздражения, когда те не могли сообразить.

Дети же, обратила внимание Валентина, изо всех сил старались угодить, но не понимали, чего от них требуют. Наверняка проще стать по стойке «смирно» в лучах света, прочитать стихотворение, спеть песню или станцевать — так готовились к отбору многие из тех, кто съехался на призыв пани Ворон. Она с содроганием вспомнила драмкружок из сельской школы, подготовивший сцену появления Свирида Голохвастова в доме Прони Прокоповны. Мальчик и две девочки старательно, с максимальным приближением, воспроизводили первоисточник — фильм «За двумя зайцами». Этому следовали все и всегда, еще в школьные годы самой Валентины. И как бывает в ста процентах подобных постановок, главный упор делался на сакральные для нескольких поколений фразочки: « Химка, не гавкай!» — «Я не гавкаю!» — «Мовчи!» — «Мовчу !» и « Барышня легли и просют! »

Тогда госпожа Ворон, поставленная перед фактом сразу тремя мамами, одна из которых оказалась учительницей украинского языка и руководителем этого коллектива, согласилась допустить артистов на свой кастинг лишь для того, чтобы, в то время как они показывали свой номер, найти причину для отказа. Ей, тем более здесь, в Киеве, на киностудии, сельский драмкружок совершенно не нужен. Сказать об этом прямо Валентина опасалась, потому нашла какие-то совершенно фантастические поводы не выбрать тех детей. Получила очередную порцию проклятий, вздохнула и попросила следующего…

Перейти на страницу:

Похожие книги