Фред, отец малыша, очень богатый человек, увез Валентина за границу, сначала для окончательной поправки здоровья. Спасителя Жорика радушно приняли в семье Фреда. Особую благодарность испытывала к нему бабушка Фреда, старая Анна. Эта красивая, величественная старуха, еще физически крепкая, заставила Фреда показать Валентина лучшим специалистам, оплатила сама курс лечения и реабилитации. Валентин совсем не мог спать по ночам, ничто не помогало, никакие лекарства. Как только закрывал глаза, горел перед ним теплоход, он метался, искал Альку, а она молчала, не было её нигде. Из-за бессонных ночей плохо восстанавливалось здоровье мужчины. Но как-то вечером зашла к нему старая Анна, он уже был в постели, не спал, ожидая знакомого кошмара. Анна села рядом, велела все рассказать. И Валентин рассказал. Выслушав его невеселое повествование, положила старая Анна ему на лоб руку и приказала:
-- А теперь спи. Я буду искать твою Алину. Я умею видеть души. Если жива твоя Алина, я увижу.
Валентин поверил её странным словам, потому что ему очень хотелось поверить. Впервые уснул мужчина и не увидел знакомого кошмара. Старая Анна просидела всю ночь возле него. Утром взглянул Валентин на неё и испугался. Анна выглядела измученной, постарела за одну ночь лет на десять.
-- Не нашла я твоей Альки рядом с тобой, - сказала старая Анна. - И души её не видела. Нет её среди мертвых, нет её и среди живых. Потерялась она где-то среди нашего мироздания.
-- Может, мне в церковь сходить? - в раздумье проговорил мужчина.
-- В церковь сходи, но не молись за упокой, - ответила мудрая старуха. - Ты не видел её мертвой. И среди мертвых её нет, я знаю это.
После этого здоровье Валентина пошло на улучшение. Старая Анна иногда приходила в его комнату, все также сидела возле спящего мужчины, но ни о чем не говорила с ним, только иногда что-то шептала. Только как-то Валентину приснилась, что не Анна рядом с ним, а Алька, живая, смотрит и говорит:
-- Валя, я жива, слышишь, жива. Поговори со мной. Я по-прежнему люблю тебя.
И Валентин заговорил. Она смотрела и не видела его. Потом заплакала:
-- Прости меня.
Валентин проснулся, на него не мигая, глядели выцветшие глаза старой Анны, они тоже когда-то были зелеными.
-- Ну вот, - улыбнулась старуха, - теперь тебе надо начинать жить. Работать будешь на меня. Стара я, мне нужен надежный человек. Мы с Фредом тебя подучим, а там время покажет. Чувствую я, есть между нами связь. Какая, понять не могу. Расскажи о своей семье.
Рассказал Валентин. Старуха, задумавшись, замолчала. Потом ушла.
-- Есть связь, есть, - бормотала она. - Не могу найти, не могу. Стара стала. Валентина нельзя отпускать, нужен он нам будет.
Валентин остался в Штатах. Горе, обрушившееся на мужчину, заставило вгрызться в работу - это помогало жить. У Вальки оказалась хорошая деловая хватка, бешеная работоспособность.
Он вскоре стал правой рукой Фреда. Научился делать деньги. Фред твердил, что ему надо начинать свое дело. Валентин соглашался и подумывал о большом кредите.
Прошел год. Вновь женился Фред. Новая жена Фреда, Джейн, по профессии актриса, не понравилась Анне и Валентину. Неприязнь была взаимной. Джейн называла Анну старой колдуньей, ведьмой. Валентина просто игнорировала, считала русского медведя недостойным своего внимания.
Валентин, немного успокоившись и придя в себя, вернулся в Россию, чтобы открыть филиал компании Фреда в Москве. Надо было еще навестить сына.
Эта встреча не принесла ничего хорошего. Приемные родители мальчика приняли Валентина совсем недоброжелательно, особенно сестра Галины. Но это еще полбеды. Мальчишка, сын, он любил новых родителей, совсем не хотел видеть Валентина, оставаться с ним. Повидав сына, дал Валентин слово, не беспокоить эту семью больше, но наотрез отказался подписать отказ от ребенка. Мальчишка остался Орловым. В свое время, когда Галька родила мальчика, он признал его, записал на свою фамилию, но на Гальке так и не женился. Валентин предложил материальную помощь, но и в ней нужды не было. Лишь спустя многие годы примет сын деньги от Валентина: в тот год у них будет плохо с деньгами. Валентин будет оплачивать обучение сына в университете. Но нет у Николая никаких теплых сыновних чувств к родному отцу. Что ж, Валентин, наверно, заслужил и это, ненависть сына. Но есть ещё Жора.
Валентин становился состоятельным человеком. Прошло два года со дня катастрофы. Валька опять научился говорить в своем воображении с Алькой. И она стала откликаться, советовать ему. Иногда ему казалось, что Аля рядом, обнимает его, становилось тепло, хорошо. Может, это и было своего рода помешательство, но так было легче жить. И почему-то в эти моменты всегда рядом оказывалась с ним старая Анна. Смотрела вопросительно на мужчину, что-то бормотала про какую-то связь, душу.
