На мосту впереди образовалась пробка, так что водитель снова активировал антигравы, и мы понеслись над крышами тех, кто не мог позволить себе артефакты каббалистов. Добравшись до противоположного берега, машина свернула влево, приземлилась, нырнула между величественными зданиями дворцов и общественных заведений, пронеслась по тоннелю и очутилась в трёх минутах езды от особняка Мартыновых.
Когда мы остановились, я не стал ждать, чтобы водитель или лакей открыл дверь. Просто распахнул её, подхватил рюкзак и выбрался из салона.
— Ваше Сиятельство, — поклонился спустившийся с крыльца слуга. — Позвольте ваши вещи.
Он протянул руку, чтобы забрать портфель, но я лишь отмахнулся. Все эти цацканья, как будто я маленький, здорово раздражали. Особенно же бесило то, что за два месяца слуги так и не оставили попыток навязать мне «этикет». Наверное, среди них я считался странным. Ну, или списывали всё на несчастный случай, после которого, как они думали, я онемел.
К моему удивлению, в холле меня поджидал мажордом. Безукоризненно одетый, причёсанный и выбритый, он стоял напротив входной двери, заложив руки за спину. Сразу стало ясно, что Еремей не случайно тут оказался.
Чёрт, неужели мало того, что я оттрубил полдня в Менториуме⁈
Я жестом показал выпад. Мол, будем драться на клинках?
Старик отрицательно покачал головой.
— Надеюсь, ваш первый учебный день прошёл хорошо, — проговорил он, глядя на меня. — Если вы не слишком устали, давайте пройдёмся по саду.
Предложение было неожиданным. Прежде мажордом никогда мне такого не говорил. Неужели хочет сказать что-то наедине? Ох, уж это моё проклятое любопытство! Погубит оно меня однажды, сто пудов…
Опустив рюкзак на пол возле ростового зеркала в тёмной металлической раме, я кивнул. Пошли, мол. Раз тебе так присралось пошататься среди деревьев и кустиков.
— Выйдем через террасу, если не возражаете, — проговорил Еремей. — Так мы попадём сразу на аллею.
Мы направились через анфиладу залов, идущую вдоль западной стены особняка, и вскоре оказались на каменной террасе, с которой в окружавший здание сад вели две гранитные лестницы. Спустившись по одной из них, мы двинулись между рядами раскидистых вязов, создававших густую тень. Между ними стояли скамейки и мраморные копии античных статуй. Впрочем, не только античных. Попадались и герои империи.
Между деревьями то и дело мелькали доспехи охранников. Некоторые вели на цепях здоровенных дрессированных крагов — хищников из других миров, используемых людьми в качестве сторожевых псов. Впервые я увидел такую тварь в день своего Посвящения. Она спускалась навстречу нам с отцом. Её выгуливал один из псарей дворца, вооружённый гибким электрическим стрекалом.
— Я должен задать вам один важный вопрос, Ваше Сиятельство, — заговорил Еремей, когда мы прошли мимо статуи облачённого в панцирь и шлем Ареса. — Надеюсь, блокнот при вас, и вы сумеете ответить.
Поскольку он в это время глядел на меня сверху вниз, я кивнул и достал письменные принадлежности.
— Где вы с господином Левшиным достали белую ртуть? — мажордом сделал короткую паузу. — Это очень редкий и дорогой реагент. Его нельзя купить в магазине, да и на чёрном рынке он встречается нечасто. Ваш отец не обнаружил пропажи в своей лаборатории, а ваших карманных денег явно недостаточно, чтобы заплатить за белую ртуть. Поэтому не соблаговолите ли объяснить, откуда она взялась у вас с господином Левшиным в тот злополучный день?
О-па! Неожиданно, что уж тут говорить…
За прошедшую пару месяцев я так и не удосужился спросить об этом у Михаила. Были дела поважнее и поинтереснее. Во всяком случае, мне так казалось. Так что вопрос и тон, каким он был задан, застали меня врасплох. Впрочем, вариантов не было. Я пожал плечами.
— Не знаете? — сказал, пристально глядя на меня, мажордом.
Я отрицательно покачал головой. К чему вообще такой интерес к происхождению белой ртути? Ну, приволок её парень откуда-то, и что? Даже если украл?
— А стоило бы поинтересоваться, Ваше Сиятельство. Видите ли, ваш отец поручил мне выяснить этот момент, так что я обратился к родителям господина Лапшина. С его слов, белую ртуть он приобрёл в Интернете. Контакты, правда, не сохранил.
Не зная, что ещё ответить, я кивнул.
— Хорошо, — сказал Еремей.
Мы как раз подошли к устроенному в парке бассейну, в котором обитали здоровенные красные спруты, привезённые из какого-то подпространственного мира. Заметив нас, твари стали пытаться выбраться, присасываясь к стенкам резервуара, но его стеклянные края были так загнуты, что у них ничего не получалось.
Открыв стоявший рядом металлический ящик, Еремей взял горсть сушёного мяса и бросил спрутам. Они жадно набросились на угощение, так что вода в бассейне вскипела.
Мажордом взглянул на запад, где собиралась огромная тёмно-оранжевая туча.
