А дальше… дальше Сабина узнала необычные вещи из жизни своего очень знаменитого и слишком идеализированного предка.
Итак, знаменитый Грэм Кейн – тот самый, кем так гордилась мать Сабины, оказался не таким уж чудесным человеком. Всю свою сознательную жизнь он действительно проводил ритуально-магические опыты, в которых действия сопровождались заклинаниями по его же формулам. Он был великим алхимиком, опережающим свое время. Но, как многие великие люди, оказался рассеянным, неприспособленным к быту и – что больше всего поразило Сабину – не слишком озадаченным соблюдением морали.
Его жена Жаннет, о которой почти никто из потомков не упоминал, руководила всем, что касалось ведения хозяйства, а сам Грэм работал, прославляя их славный род.
– Сейчас всем хочется говорить об этом человеке как о достойном во всех отношениях мужчине, – вдохновенно вещал архивариус, – но правда в том, что он не был таковым. Он не был идеальным мужем и отцом, не любил отвлекаться от работы и – да простит меня мисс Сабина – ложился в постель с любой женщиной, пришедшейся ему по вкусу. Единственное, о чем он действительно заботился, – чтобы они предохранялись. Жена Грэма, прекрасная Жаннет, на все закрывала глаза, довольствуясь тем, что его открытия приносили доход, позволяя ремонтировать дом, выдавать жалованье прислуге и оплачивать учебу детей.
И все бы ничего, но однажды, уже будучи пожилым мужчиной, он потерял голову от новой экономки, нанятой его женой. Их роман был недолгим, но ярким. Жаннет застигла их за занятием любовью на супружеском ложе, в котором был спрятан артефакт, «искра истинной любви». Тогда их брак едва не распался, и Грэм, опомнившись, быстро выгнал экономку, признав любовницу величайшей ошибкой. Та ушла без всяких скандалов, а вскоре вышла замуж за лекаря, и о происшествии забыли. Но бесследным оно все-таки не осталось…
Архивариус умолк, посмотрел удивительно ясными голубыми глазами на сидящую неподалеку Лину Пикет.
– Кто бы мог подумать, что старик Кейн все же успел сделать ребенка на стороне? – заключил архивариус, устало вздохнув. – Но он и тут удивил.
Тишина в комнате повисла оглушительная.
– Мисс Роза Эйсби – прямой потомок Грэма, Сабина, – не вынес молчания Вольт. – Вот о чем тебе следует знать. А Лина…
– И Лина тоже, – кивнул сирт Хьюз. – Больше того, они обе унаследовали неплохие магические способности.
– Но…
Горничная испуганно посмотрела на мистера Эйсби, и тот сжал ее руку в своей, скорбно повесив голову.
– Вы знали?! – выпалила Сабина обвиняюще. – Все это время вы знали?
– Мистер Эйсби знал, – сказал за него сирт Хьюз. – Но не придавал этому такого значения, как его супруга. К слову, встретились они совсем молодыми, и при первом прикосновении между ними проскочила искра. Юная Роза сразу сказала, что станет его женой.
– Она была совсем другой, – внезапно заговорил сам дворецкий. Теперь он выглядел гораздо старше своих лет – сгорбленный, уставший, подавленный. – До появления нашей Лины она и сама не считала свое происхождение чем-то особенным, понимаете? Но потом… Ты заменила ей детей, которых у нас так и не случилось…
Мистер Эйсби с мольбой посмотрел на Лину.
– Дядя, – прошептала она, прижав свободную руку к груди, – что ты говоришь?
– Он говорит как есть. – Сирт Хьюз вынул из нагрудного кармана платок и подал его девушке, по щекам которой катились слезы. – Состояние вашей тети усугубилось не просто так, Лина. Она обладает магией, способной…
– Я знаю, что тетя – светоч. – Лина не приняла платок от сирта. Шмыгнув носом, она отодвинулась подальше и смахнула слезы рукой. – Это значит лишь то, что тетя – светлая и добрая женщина, неспособная причинить вред.
– Все так. – Сирт убрал платок в карман брюк и отошел. – У миссис Эйсби есть редкий магический дар, который ей удавалось скрывать долгие годы. Вот только вы вывели ее из равновесия. Она так мечтала подарить вам иной мир, полный уважения и любви, что пробудила в себе способность к видениям. И в одном из них узрела вас с будущим мужем.
– Меня?
– Вас, Лина. Вернее, ваши ауры. И последнее сыграло с ней злую шутку. Так вышло, что Вольт, приехав сюда, сразу заявился к вашей тете, чтобы узнать, кто чем живет в этом городе…
– Она ошибочно решила, что он – моя судьба, – прошептала Лина, после чего закрыла рот ладошкой и вскочила с кресла.
Девушку повело в сторону, но Оливер подался вперед и успел удержать горничную.
– Вам лучше вернуться в кресло, – миролюбиво попросил он.
– Нет, я… – Она хотела оттолкнуть его руку, и в тот же миг между ними проскочила искра.
Лина вскрикнула и отшатнулась, а Оливеру пришлось удерживать ее повторно.
– Да, ваша тетя видела во сне ауры, – тихо проговорил сирт Хьюз, – а их так легко спутать с аурами ближайших родственников…
Лина испуганно посмотрела на Оливера и покраснела как маков цвет.
– Это всего лишь поверье, – улыбнулся ей мистер Лайонс. – Оно ни к чему вас не обязывает.
– Конечно, – с готовностью кивнула Лина.
Сабина внезапно поняла, что какое-то время сидит с открытым ртом. Быстро его захлопнув, она посмотрела на мужа и чуть слышно спросила:
– Ты видел?
