Память ведуний начинает путаться годам к сорока. Инесса хоть и не обладала полной силой ведуньи, зато практиковала на постоянной основе. Память начинает блуждать, эффект не хуже, чем от постоянного употребления пятого Верди. Тут не до здоровья! Кушать-то хочется, за коммуналку платить тоже нужно. Работаешь всё равно. Особые пособия за вредность сильно жизнь не облегчают.
Мирабель упаковывала в бумажный пакет пирог, разделив его на части. Четвертинку она всё-таки оставила себе.
Я начинала преть в своих зимних сапогах и накинутом пальто.
— Помни, Верди отпустит только утром. Так что, если сниться что будет, постарайся не забыть или записать. Может, будет толк.
Я рассеянно кивнула, оставаясь в полной прострации. Внутри пустота, будто все эмоции заволокло волшебным дымом.
— Ещё раз, Мира. Благодарю за помощь.
— Надеюсь, ты будешь жить, невезучая.
А я-то как надеюсь.
Домой я возвращалась выжатая и уставшая.
Туманность рассеивалась, а мозг проветривался на морозе. Темные дебри по бокам аллеи освещала вереница жёлтых фонарей. Лай собак, шуршание и скрип снега под ногами их хозяев. Вот летят красные и зелёные огоньки с пальцев мужчины, а пёс радостно бежит за ними. Мячики и палки в темноте для игр не подходят? Обязательно магией? Он думает, никто не видит его игры с питомцем. Прохожий всё спишет на игру воображения и света. Я закатила глаза и спряталась поглубже в шарф.
Квартира встретила темнотой и холодом. Заварив себе черного чаю, я села отогреваться в постели. Усталость валила. Из меня выпили всё. Хотелось заплакать и пожалеть себя.
Чашка с чаем отставлена на пол.
Нужно узнать у Ника, что он знает. Чтоб его…
Я смяла в руках подушку.
Не воздействие? Судьба? Три ха!
Что в тебе такого особенного, Ник?! Зачем ты мне нужен? А ведь нужен. Я так по нему скучала. Ладно, Ник, может, и ни при чем. Он, вон, вел себя хорошо, обходительно. Пытался мне жизнь наладить.
Тьма ждёт подарка? От меня. То есть мы возвращаемся к отцу Ника. Чудесно. Если я ему ещё нужна, в покое он меня не оставит.
На этих мыслях я забылась беспокойным сном.
Сначала послышался лай пса, его шершавый язык облизывал мое лицо. Я отмахивалась и отпихивала от себя приставучее животное.
— Да отвали! — крикнула я в темноту.
Пёс залаял снова. Я ощутила ползущий по спине холодок. Распахнув глаза, я не увидела ничего. Темнота? Нет, самая настоящая тьма. Она пугала до демонов. Сохранять спокойствие удавалось первые секунд пять. Собственный крик и липкий страх окутали с головы до ног, не хуже чужеродной силы. Свободное падение… Сердце ухнуло и, казалось, остановилось.
Пятна. Они мелькали, пропускали свет, разрастались и складывались вместе, будто огромное окно в мир. Я хотела прыгнуть туда, но тело онемело. Ни рукой, ни ногой не двинуть.
— Ты отдалась ему? — разъярённый мужской голос пугал.
Фигуры подернулись рябью, не давая взглянуть на беседующих. А потом картинка стала чётче. Спина высокого, статного мужчины загораживала хрупкую фигурку. Его ладони сжимают её плечи и трясут, будто пытаясь вразумить.
— Я выйду замуж, — уверенно отозвалась девушка.
— Почему?! Почему он…
— Сердцу не прикажешь.
— Он бросит тебя. Уйдет, забыв, кто ты такая! Никто! Неужели не знаешь, что таким как он плевать?!
— Я выйду замуж. Не за тебя, Кайрил.
— Я приму… Приму тебя даже, если ты…
Она не давала ему договорить, твердо заявив:
— Мы уже обсуждали это! Мне не нужны твои деньги, твоя власть. Твое наследие меня пугает.
Кайрил… где я могла слышать это имя?
Почему длинные рыжие волосы девушки, развевающиеся на ветру, так знакомы мне? Её голос и манера речи кого-то напоминали.
Кайрил разозлился. Нет, пришел в ярость. Тьма стала сгущаться, поднимаясь вверх, и жаждала поглотить хрупкую фигурку.
— Я лучшее, что может быть в твоей жизни. Никто не даст тебе больше, чем я!
— Пусти! Отойди, Кай!
Я успела заметить, как кулон на шее девушки взорвался, словно намереваясь защитить обладательницу. Яркий свет, малиновый, с такими живыми искрами, ослепил всех в этот момент. Даже меня. Гул нарастал, искры зашептали, будто живые. Они взвились вверх, как стая крохотных светлячков, и кинулись на меня, прогоняя из прошлого.
С криком я окунулась во тьму, в которой россыпь малиновых светлячков напоминала созвездие. Красивое и пугающее. Магические огоньки замерли, переливаясь множеством оттенков от ягодного до апельсинового.
Свободное падение заставило меня очнуться. Проснулась я в поту.
На следующий день все былые надежды на светлое будущее грозили окончательно утонуть в болоте апатии и неизбежно возросших комплексов. Я не могла разобраться в происходящем. Неопределенность тяготила, связывала руки, волю и вытягивала все силы. Навалившаяся усталость придавила к кровати. Я позволила себе раскиснуть. У меня не было сил сопротивляться, а потому я лежала и думала. Иногда вставала, кипятила чайник, заваривала чай. Возвращалась в комнату и прокручивала в голове все наши разговоры с Ником. Снова и снова думала над предсказанием Инессы.
