Она посмотрела на группу скульптур из белого мрамора, украшающих фонтан за его спиной, и быстро обвела взглядом весь холл. Кроме них, в нем никого не было. Тем не менее она понизила голос до шепота:
– Послушайте, в тот день, когда я спросила вас о лифте, дверцы которого никогда не открываются, вы ответили, что имело бы смысл проверить план здания, не так ли?
Вдруг у него появилось растерянное выражение лица; сейчас у него был вид как у животного, пойманного в ловушку.
– Так вот, я проверила, – сказала она. – И пришла к выводу, что имеется несколько потайных этажей. Для чего они используются? Для опытов на животных?
– Прошу вас, мисс, ни о чем больше не спрашивайте меня. Я ничего не должен был вам говорить. – Испуганно посматривая по сторонам, он придвинулся поближе к Монти. – Прошу вас, никому не рассказывайте о том, что узнали от меня.
Она еще сильнее сжала кулаки:
– Мистер Смит, на этих планах показаны шесть дополнительных этажей – я хочу посетить их.
Он отчаянно замотал головой:
– Это просто невозможно, мисс.
– То есть вы признаете, что они существуют?
Лоб его покрылся испариной. Глаза испуганными мышками метались из стороны в сторону.
– Пожалуйста, ни о чем больше не спрашивайте меня. Я не хочу терять работу, меня никто больше не наймет. – Он пришел в возбуждение, и голос зазвучал громче. – Я могу потерять свою пенсию, страховку… словом, все. У моей жены болезнь Паркинсона, она передвигается в коляске. Я не могу рисковать. Я не знаю, чего ради открыл свой большой и глупый рот.
Она кивнула, сухо пожелала ему спокойной ночи и, погруженная в свои мысли, прошла на автостоянку. На ней почти никого не было. Ее «эм-джи» стоял в тени, у дальней стены стоянки. Подходя к машине, она внезапно услышала шаги за спиной и резко повернулась.
Это был Коннор.
– Привет! – сказала она удивленно и обрадованно.
Он приложил палец к губам, призывая к молчанию:
– Садись в машину, и я тоже сяду.
Коннор забрался в машину рядом с ней, захлопнул дверцу и коротким поцелуем коснулся ее щеки.
– Я ждал тебя.
– Это просто прекрасно!
– Я еще не кончил. Послушай, я получил от Чарли Роули спецификацию «Матернокса», но он задел несколько тревожных колокольчиков и попал под наблюдение. Я могу и сам сделать анализы, но мне нужно соответствующее оборудование.
– Например?
– Спектрофотометр, центрифуга, фиксатор жидких фракций, трансиллюминатор и темная комната с ультрафиолетовым освещением.
– Все это у нас есть, – возбужденно сказала она. – По крайней мере, я думаю, что аппаратура все еще на месте. Могу проверить у отца – сегодня вечером я увижусь с ним. На уик-энд мы можем отправиться в старую лабораторию – и будем там в полном уединении. Пока еще ничего не было переправлено в лабораторию «Бендикса». – Она задумалась. – Не сомневаюсь, все было в описи оборудования, которое мы собрались продавать.
– Можешь ты все это выяснить? Кроме того, мне нужны кое-какие химикаты… например, растворители.
– Скажи точно, какие именно.
Она тщательно записала в свой рабочий дневник его заказ. Затем он вылез из машины и пошел к своему автомобилю.
До дома отца оставалось не больше десяти миль, когда Монти осознала, что какой-то автомобиль продолжает держаться за ней, сохраняя одно и то же расстояние. Она опасно превысила скорость и обогнала машину. Несколько секунд спустя в ее зеркале снова возникли те же огни. Подчинившись какому-то импульсу, она резко повернула направо, на сельскую дорогу.
Огни фар последовали за ней.
Она наудачу повернула налево.
Фары снова последовали за ней.
Она повернула направо.
Фары продолжали держаться за ней.
Сидя в своем «БМВ», Коннор подождал, пока Монти выехала со стоянки «Бендикса», после чего включил двигатель и вывернул налево на Юстон-роуд. Движение было не таким перегруженным, как в час пик, но все же напряженным, и ему понадобилось минут десять, чтобы проползти мимо станций Кингс-Кросс, Панкрас и Юстон.
Ему передалось беспокойство Чарли Роули, за которым следили во время ланча, и время от времени он поглядывал в зеркало заднего вида, хотя в этом калейдоскопе ходовых огней и поворотников было почти невозможно определить, следят ли за ним.
Коннор продолжил путь по Мэрилебон-роуд, вверх по эстакаде и воспользовался съездом на Паддингтон, который вывел его на широкую улицу с газоном посредине, по обеим сторонам которой стояли дешевые, судя по внешнему виду, гостиницы.
Он решительно сбросил скорость, подрулил к левой обочине и неторопливо двинулся вперед, пока не увидел отель, который вызвал у него доверие. Фасад отеля украшал портик, который, вкупе со стеклянной дверью, не сочетался с классической георгианской архитектурой. Рядом с названием красовались три звезды.
За стойкой сидел портье в зеленой безрукавке, с сигаретой в зубах и читал мятый таблоид.
– У вас есть номер на одного? – спросил Коннор.
– На сколько суток? – Портье даже не поднял на него глаз; голос у него был кислый и равнодушный.
– На сегодня.
– Желаете с ванной или с душем?
– Все, что угодно, лишь бы подешевле. В номерах есть прямая телефонная связь?
