Назначение эксперта было чистой воды лотереей; кое-кто, как он знал по печальному опыту, был совершенно неприступен; других еще можно было как-то уломать. В зависимости от того, кто будет им заниматься, ситуация может сложиться по-разному. Кроу вроде собирается шаг за шагом наблюдать за прохождением этих бумаг. В фармацевтическую индустрию многие на административные должности пришли из бизнеса и не имели научной подготовки. В этом плане Кроу представлял собой необычное явление: он имел солидное биохимическое образование и опыт «полевых» работ. Он был очень неплохим ученым, если не лучшим из тех, которые работали на него. Никто в «Бендикс Шер» не мог пустить ему пыль в глаза.
Коннор открыл конверт и извлек уведомление о грядущем семинаре на тему нравственных аспектов патентования человеческих генов. В Штатах он уже посещал лекцию, которую читал тот же самый человек, и она не произвела на него впечатления. Он бросил конверт и три листа бумаги в бумагорезку рядом со своим столом и аккуратно включил ее.
Затем Коннор просмотрел последний номер ежемесячника «Новости генома человека». Когда он занимался этим, послышался стук в дверь и, пустив в ход свою карточку-пропуск, в кабинет проник Чарли Роули.
– Доброе утро, мистер Моллой.
– Привет.
– Ты снова опоздал, – сказал коллега. – Выдалась нелегкая ночь?
– Не капай мне на мозги, мистер Роули, сегодня я очень слаб.
У Роули был куда более серьезный вид, чем обычно.
– Мне нужно поговорить с тобой. Можем мы сегодня пораньше встретиться за ланчем – скажем, в половине первого?
– Конечно. – Коннор прикинул, есть ли у него какая-то информация для Роули, но промолчал.
– Есть такой паб «Норзернер» – пройдешь мимо станции Кингс-Кросс, в конце квартала повернешь направо – и дальше прямо по дороге. Примерно в пяти минутах ходьбы отсюда.
– Найду.
– Значит, до встречи.
Паб оказался заведением без особых претензий – потолок был в пятнах от никотина, а рок был слишком громкий. В зале стоял прокисший винный запах, случайная клиентура во время ланча состояла из двух работяг в грубых башмаках, мужчины в дешевом костюме, читавшего газету, пары стариков, которые сидели сами по себе за своим пивом и с сигаретами, и пожилой женщины, которая излагала бармену нескончаемую повесть.
Коннор увидел Чарли Роули, сидящего в нише, – в своем элегантном костюме в белую полоску он был тут явно не к месту.
Когда Коннор подошел, Роули осушил свой стакан и встал.
– Я думал, что к ланчу они тут что-то готовят… но у них только сэндвичи. Давай поищем что-нибудь еще. – Он произнес это куда громче, чем требовалось, и, не дожидаясь ответа от Коннора, направился к выходу из паба.
– Меня бы устроил и сэндвич, – удивленно сказал Коннор и подумал, что его приятель, наверно, поссорился с хозяином заведения. Он удивился еще больше, когда Роули остановил такси, втолкнул его в салон и сказал водителю ехать в отель «Кумберленд».
Когда такси снялось с места, Коннор повернулся к Роули:
– Что случилось?
– Смотри прямо вперед, не озирайся. Договорились?
– Конечно, – ничего не понимая, сказал Коннор.
Роули повернулся и уставился в заднее окно:
– О черт, я оказался прав. Тот тип в костюмчике прыгнул в такси, что держится за нами.
Снова повернувшись к Коннору, он запустил руку во внутренний карман пальто и извлек конверт, в котором обычно отправляют письма.
– Маленький подарочек для тебя. Бери и спрячь понадежнее.
– Это то, о чем я думаю?
– Образец «Матернокса», который ты искал. С оригинальной спецификацией по лицензии изделия.
Коннор надежно запихал конверт в нагрудный карман пиджака.
– Я в долгу перед тобой. Спасибо.
– Не стоит благодарности. – Роули вытащил пачку сигарет и закурил, не обращая внимания на надпись «Спасибо, что вы не курите» на перегородке, отделяющей от водителя, после чего снова с подозрением уставился в заднее окно. – Помнишь, что ты говорил об уик-энде, о компании… – Он покачал головой. – Может, это и не было такой уж паранойей. Я прямо из кожи вон вылез, пока уговорил своего приятеля раздобыть этот образец… я и представить себе не мог, что человек будет так выворачиваться.
– Что ты сказал ему? – обеспокоенно спросил Коннор.
– Да все в порядке, не волнуйся. Я наплел ему какую-то ахинею – мол, наш департамент попросили найти возможность распространения патентов на «Матернокс»… надо прикинуть, дает ли его состав какие-то возможности для маневра.
– И ему пришлось говорить на эту тему с кем-то еще?
– Думаю, что в этом и была проблема, особенно учитывая те образцы, которые тебе нужны. Пока в этом плане успехов нет. Все они под надежными запорами. Похоже, мне придется потрясти другие клетки.
– Почему же за нами следят?
