Снова прозвучал речитатив на латыни. Тут Дэниел почувствовал, как с плеч его снимают мантию, и он остался совершенно голым, если не считать повязки на глазах. Чьи-то мягкие руки чувственными умелыми движениями стали втирать масло ему в кожу, нежные, шелковые пальцы коснулись его члена, что-то втерев в него, после чего у него возникло ощущение жжения. Он изо всех сил старался держать себя в руках, чувствуя, что внизу живота уже начинается острое возбуждение. Он собрался, напомнив себе о людях в помещении, но в то же время чувствовал, как его пенис набухает и вздымается рывками, словно обладает собственной жизнью.
И тут властно прозвучал голос магистра храма:
– Его Сатанинское величество приказывает тебе, посвященный Теутус, показать свои знания, процитировав девять сатанинских заповедей!
Как его и учили на репетициях, Дэниел помедлил. Ударил гонг. Он набрал в грудь воздуха и самым громким для себя голосом сказал:
– Сатана позволяет быть снисходительным к своим желаниям, а не отказываться от них!
Гонг!
– Сатана говорит, что надо наслаждаться радостями жизни, а не жить духовными мечтами!
Гонг!
– Сатана представляет чистую мудрость, а не лицемерный самообман!
Он подождал следующего удара гонга и продолжил громким и чистым голосом:
– Сатана дарует своей любовью тех, кто этого заслуживает, а не униженных и оскорбленных!
Гонг!
– Сатана требует мстить, а не подставлять другую щеку! – Его голос крепнул и мужал, он разносился по помещению и возвращался к нему, отражаясь от стен. – Сатана возлагает ответственность на тех, кто способен ее нести, вместо заботы о психических вампирах!
Он почувствовал, как тело его пронизала вибрация гонга.
– Сатана считает человека всего лишь разновидностью животного. Порой лучше, а куда чаще хуже тех, кто ходит на четырех ногах. И кто в силу своей божественной духовности и интеллектуального развития становится самым жестоким животным из всех!
Гонг! Дэниел рос на глазах, он становился мужчиной. Он чувствовал, как удлиняются его конечности, он знал, что его пенис возвышается над головами аудитории, знал, что все они в его власти.
– Сатана превозносит все так называемые грехи, если они ведут к физическому, духовному или эмоциональному наслаждению!
Он сделал долгую паузу, дожидаясь, пока стихнут звуки очередного гонга, зная, что у собравшихся нет иного выбора, кроме как ждать его, и он чувствовал себя великолепно, лучше просто нельзя, зная, что все они в его власти. Его голос, которым он провозглашал последнюю заповедь Сатаны, заполнил весь храм:
– Сатана – лучший друг Церкви из всех, что у нее имелись, потому что все эти годы Он обеспечивал ее работой!
– Слава Сатане! – одобрительно поддержал его голос магистра храма.
И хор грянул:
– Слава Сатане!
Гонг!
Чьи-то руки сняли повязку с глаз Дэниела. Он моргнул, когда она исчезла, увидел пламя свечей, обнаженные тела, пятна лиц – и больше ничего, кроме темноты за ними. Он осознал, что в первый раз видит членов ордена без масок. Он видел, как высоко на стене сияет в темноте перевернутая пентаграмма. Сам он одиноко стоял в центре пентакля на полу, во всех пяти углах которого горели свечи. В северном углу лицом к нему стоял магистр храма, и на нем была только корона; обеими руками он держал массивный блестящий церемониальный меч, направленный острием кверху.
Магистр медленно опустил его, пока клинок не принял горизонтальное положение, сделал шаг вперед и упер острие в грудь Дэниела.
– Во имя Сатаны! – провозгласил он. – С этой отметкой, о могучий Сатана, прими в свое вечное царство твоего нового адепта Теутуса!
Теперь его фаллос стал твердым и напряженным. Магистр сильнее вдавил клинок в грудь Дэниела и с силой рванул его кверху, оставив двухдюймовый разрез на коже грудины.
Дэниел задохнулся, когда перед его глазами блеснуло лезвие; он почувствовал обжигающую боль, и когда на мгновение опустил глаза, то увидел клочья плоти и стекающую кровь. Но он-то мог справиться с болью. Он больше не был Дэниелом Джаддом. Он больше не был ребенком, которого готовили к посвящению. Он был адептом Теутусом. Мужчиной! Адептом первой ступени Нового ордена Сатаны.
И он стал Сведущим. Сорок вторым и последним Сведущим. Ныне орден закрыт. На следующей неделе он может появиться в выбранной им маске; ему придется подумать, какой она может быть, прикинуть, какого создания не хватает.
Моргана, верховная жрица, медленно подошла к Дэниелу. На ней была только ее корона, кольца на пальцах и ожерелье из крохотных амулетов.
– Слава Посвященному Теутусу, – сказала она. – Будь благословенны твои ноги, которые привели тебя на этот путь. – При этих словах она встала на колени и поцеловала сначала его правую ногу, а потом левую. Проделав это, она приподняла голову и припала поцелуем сначала к правому колену, а потом к левому, произнеся при этом: – Да будут благословенны твои колени, которые ты преклонишь перед священным алтарем.
