– Позавчера вечером восточники впервые спустились в подвал и начали забирать заключенных из камер. Они приходили по двое-трое, мы старались не высовываться, а потом пропал Макки. Утром его не оказалось на месте, сначала мы не придали этому значение, ну вышел он отлить, ничего страшного. Вот только он не вернулся. Мы собирались разделиться, чтобы его поискать, но в этот момент в бойлерную заглянул какой-то восточник. Керриган прикончил его, но стало ясно – оставаться там больше нельзя. Мы выбрались на первый этаж и заняли одну из лабораторий неподалеку от лестницы, в ней оказалась еще одна дверь, за которой скрывалось крошечное помещение с кучей старых записей. Там мы и ждали все это время. Восточники вели себя более, чем подозрительно, постоянно сновали туда-сюда и говорили о нарушении границ. Мы по очереди дежурили у двери лаборатории, чтобы не пропустить ваше появление, но выделенное время давно истекло, как и тот запас, что мы дали вам еще. Поэтому сегодня утром мы решили двигаться дальше самостоятельно. Аккуратно выставили окно той каморки, где сидели, чтобы выбраться за пределы Бастиона. Черч пошел первым, но угодил в ловушку. Его разорвало у нас на глазах. Пришлось перебраться сюда на случай, если кто-то из восточников слышал его предсмертный крик.
Несколько долгих секунд в помещении висит тишина, дающая осознать произошедшее.
– Вот черт! – нарушает ее Органа. – Не думал, что они решатся.
– Они? – уточняет Эмер, продолжая стоять рядом и касаться меня плечом. – Что еще за они и на что решатся?
Кейд выглядит отстраненным, когда сообщает:
– Пару лет назад ходили слухи, что правительственные шишки хотят обложить территорию свободных земель и Мертвого леса, прилегающих к восточной стене Бастиона, ловушками. Не думал, что они реально это сделали.
– Ну какого же хрена? – произносит Пол, ни к кому конкретно не обращаясь.
– Нам это не помешает, – уверенно заявляет Кейд. – Мы пройдем под ловушками. Тоннель выведет нас на чистую территорию. Сомневаюсь, что в правительстве разорились до такой степени, чтобы установить их везде. Смысла не вижу. Ладно, все это лирика. Давайте убираться отсюда. Чертова тюрьма мне уже опостылела.
– Ты здесь всего неделю, – язвительно бросает Эмер.
– Поверь мне, лапуля, этого более чем достаточно.
– Еще раз назовешь меня так, вырву язык!
Кейд широко ухмыляется и переводит на меня улыбающийся взгляд.
– Ну что, Хоффман, есть ощущение, будто вернулась домой?
Его вопрос привлекает ко мне внимание всех собравшихся, и я чувствую странное волнение, щекоткой разрастающееся в горле. Понимаю – он попал в самую точку.
Да, времени прошло всего ничего, но никто из присутствующих не смотрит на меня как на нечто уродливое и опасное. Это дает шанс, что воссоединение пройдет легче, чем я могла ожидать.
Практически единогласно приходим к выводу, что передвигаться по первому этажу такой большой группой при текущих обстоятельствах небезопасно. Захламленный коридор не приспособлен для свободных маневров при возможных стычках с врагами, будь то люди или твари, и мы просто-напросто можем друг другу помешать. Терять из-за этого еще кого-то было бы глупо, группа и так лишилась троих участников, а мы еще даже к выходу из Бастиона не подобрались.
– Можно подняться на этаж выше, – рассуждает Зейд. – Но там ситуация не сильно лучше. Если серые еще не забрались наверх, то восточников поблизости чересчур много. Они то и дело снуют мимо.
– Удивительно, как нас до сих пор не обнаружили, – добавляет Эмер.
– И что тогда будем делать? – спрашиваю я, обращаясь к Кейду. – Ты лучше остальных знаешь эту стену. Есть какой-то другой способ добраться до тоннелей?
– Вообще-то есть, – заявляет он, чем, кажется, удивляет не только меня. – Но вам вряд ли понравится.
– Говори уже, – торопит Ксандер. – У нас мало времени.
– Да помню, – бурчит Кейд, потирая переносицу. Приглядевшись повнимательнее, замечаю, что под глазами у него залегли темные круги, впрочем, как и у всех собравшихся. Все мы вымотались, а отдых даже на горизонте не маячит. Кейд тем временем продолжает: – Наше местоположение сейчас как нельзя удачное, можно спуститься в подвал и по нему добраться до перехода к тоннелям. В подвале серых точно нет, если, конечно, они каким-то образом не проникли туда из-под земли. Заключенные могут встретиться, но не в таких количествах, как здесь.
– А подвох в чем? – спрашивает Керриган, впервые после нашего прихода открыв рот. После долгого молчания его голос немного охрипший.
Поворачиваю голову, встречаясь с ним взглядом. Слегка приподнимаю уголки губ, но он не отвечает на мою попытку разрядить напряжение, что пролегло между нами. Заставляю себя не зацикливаться на этом. Я хорошо знаю Кейси, ему просто нужно время, чтобы осознать – я не та, за кого себя выдавала во времена до Бастиона. Но в чем я уверена точно, узнай он правду тогда, а не сейчас, реакция была бы другой. И мне пришлось бы собственноручно разобраться с «проблемой», как однажды сделал отец, чтобы сохранить мою тайну.
Надеюсь, сейчас все сложится иначе.
