— Гавары!! — заревела трубка.
— Тихо. Одно имя ничего не скажет. Тебе нужны доказательства, мне — деньги. Приезжай в Смоленск, навестим его вместе. Только не на «Опеле», чтоб не бросался в глаза.
Переступив «красную линию», а обратно хода нет, Егор достал комсомольский билет Инги, украденный из квартиры. Почему-то он завалялся именно в платяном шкафу.
Ирония судьбы. Он, комсомольский активист, взял на память именно эту книжицу с портретом Ленина на обложке. Раскрыл.
Инга, глянувшая с портрета в билете, была сущим ребёнком, лет шестнадцать, совершенно не сексапильной. И, оказывается, она меняла фамилию! Почему-то билет оставили прежний, просто перечеркнув старую и вписав литовскую.
А ведь она упоминала о замужестве, откровенничая с Прокофьевной.
Месть — это блюдо, которое принято подавать холодным, вот только по мере остывания блюда, к сожалению, у многих остывает и желание его поставить на стол.
Понимая, насколько рискует и не имеет ни малейшей возможности одним щелчком пальцев сбежать обратно в 2022 год, Егор выбрал для акции субботу, едва успокоив грузина, намеревавшегося «лэтэть» в Смоленск без промедления. Помимо всего прочего, не хотел привлекать к себе внимание следователей ещё одним прогулом.
Остаток вторника, среда, четверг и пятница прошли в принятии уголовных дел к своему производству, тем самым подтвердилась правота Папаныча: на Первомайский РОВД, что на Инструментальном переулке, 5, катился вал преступлений. Мелких, но их тоже нужно было раскрывать и расследовать. Каждый следователь отправлял в прокуратуру и суд ежемесячно не менее пяти-шести уголовных дел, многие — с несколькими эпизодами и злодеями. В 18–15, в нормативное время окончания работы чиновника, мало кто уходил домой. Собирались и в субботу, правда, стажёра подобное не коснулось.
Вторник и четверг — тренировка на «Динамо». Следующая — в воскресенье.
С Настей и её соседками не виделся. Боялся, что увидят зверя, изготовившегося к прыжку в субботу. Они не заслужили такого испытания!
Тем более, у Насти заканчивается сессия, уедет… Так даже лучше.
В пятницу вечером Вильнёв отправил его с мелким поручением в Больницу Скорой Помощи — сделать выемку истории болезни потерпевшего. На выходе, в холле у приёмного покоя, Егор обратил внимание на киоск. Между газетами «Правда», «Советская Белоруссия» и юмористическим журналом «Вожык» он вдруг увидел цветные ленточки. Наверно, не совсем такие, что заплетают в косы маленьким девочкам, не до мелочей: ведь в двух шагах детский дом! Он накупил ворох ленточек — красных, жёлтых, белых, голубых. И, конечно же, синюю. Как Инга обещала перед шоу.
Воспитательница вывела Варю, сразу вспомнив недавнего посетителя.
Волосы девочки были прихвачены широкой синей лентой, полупрозрачной и с замысловатым серебряным узором. Синее платьице, в тон ленте, закрывалось спереди бело-серебристым нарядным фартучком.
— Здьявствуйте, дядя! — Егора она узнала с первой секунды. — А где тётя Инга? Она мне касивые пьятья подаила… Когда она пьидёт?
Он стиснул зубы, чтоб не выдать чувств, и буквально сбежал.
Короткая встреча с ребёнком добавила уверенности: с Бекетовым нужно кончать.
Наконец, наступило утро субботы, для него начавшееся в полночь посадкой на московский поезд после хлопот, как купить билет не на свой паспорт. Егор назначил встречу на девять в сотне метров от Смоленского областного УВД. Пусть предполагают, что он из смоленских.
Чёрная «Волга» с московскими номерами и с кузовом «универсал» прикатила вовремя, даже на десяток минут раньше.
— Гамарджоба, парни.
Он устроился на заднем сиденье. Вахтанг сидел справа впереди, виденный в Ярцево второй грузин находился за рулём.
— Анатолый?
— Я. Вахтанг, кто с нами?
— Амиран, старший брат. Называй, хто?
— При всём уважении, Вахтанг. Покажи деньги. У меня настроение поднимется.
— Вах… Не давераеш? Правылна.
Он продемонстрировал пять пачек красных десятирублёвок.
— Евгений Михайлович Бекетов из Минска.
По лицам обоих скользнуло разочарование вперемешку со злостью.
— Именно поэтому, парни, я дам вам не только имя, но и доказательства. Вы считаете, что Гиви и Евгений — лучшие друзья.
— В четвэрг на пахаранах был. Плакал! — раскрыл рот Амиран.
— А вот одиннадцатого и двенадцатого, в понедельник и во вторник, не приезжал. Хотя его секретарша сообщила, что одиннадцатого в обед они с Гиви выехали в Москву на двух машинах. Бекетов вернулся под утро и ездил на другой вишнёвой «шестёрке», перекрутив номера с разбитой. Его разбитая машина обнаружена в его гараже во вторник. На заднем правом крыле «Волги» Гиви остался след краски от «Жигулей», только менты получили приказ: дело замять, ДТП случилось по вине водителя «Волги».
Братья переглянулись. Егор продолжил.
— Они были друзьями. Даже очень. Вот фотографии, снятые в начале августа в Москве, — Егор протянул фотки из квартиры Пантелеевича, вопреки прямому приказу Сазонова не возвращённые на место. — Именно тогда София Бекетова забеременела. Бекетов решил, что рога ему навесил ваш брат.
