Это было год назад и больше сексуальных встреч у Ксюши ни с кем как-то не случилось. Вряд ли она сама могла сказать, почему? Скорее потому, что достойного не нашлось, а отдаваться просто так?.. Опять-таки где-то в непотребном месте? Зимой один парень с ней всё знакомился, знакомился. Потом к себе предложил зайти, она согласилась, парень понравился, пришла… Посидели, он её коньяком давай поить, она не захотела, пока препирались, мама его с работы заявилась… ну и вот, он так разозлился, что по телефону ей всё высказал, назвал курицей заполошной, надо, мол, моментом пользоваться, если бы вот сразу начали, да?.. Вот здесь-то что-то сломалось у неё внутри, и на всё остальное время мораль и брезгливость к мужскому полу оказалась выше плоти.
Андрей Гончаров был сыном человека довольно обеспеченного, или, если хотите, зажиточного в городе Салехарде. Большой собственный дом, двор, покрытый роскошной гранитной плиткой, беседка с одного края, с другого гараж на две машины. Андрей всегда страдал тем чувством, каким страдают приличные дети богатых родителей, когда начинают понимать, что привлекает в них как девчонок, так и мальчишек. Первых привлекает такая собственность потому, что можно стать немножечко «соучредителем» собственности через «выход замуж» за сына, вторых привлекает лишь обычная халява, причём халява регулярная и стабильная. С таким пацаном если дружить, то всегда тебе «стол» и угощение для девок, ты лишь пристраиваешься. Может быть, если бы Андрея воспитали иначе, он бы просто этим пользовался, но Андрея отец воспитал тем мужчиной, который должен сам всего добиваться в жизни, к примеру, как он добился всего в своей жизни, а мама воспитывала в нём какого-то Болконского, тёзку по имени, правда, князя по происхождению, потому как была преподавателем русской литературы в одной из школ города. Кстати, когда Гончаров-старший купил второй внедорожник, для супруги, чтобы она сама могла ездить к себе на работу и не стоять на морозах лютых, Лидия Михайловна только качнула головой, после чего мужу сказала откровенно:
– Сергей, неужели ты не понимаешь: это пошло – иметь две машины на одну семью.
– Да? – удивился тот, – Ты себе не представляешь, сколько в нашем городе пошляков!
Воспитывая силу воли, характер, а заодно и совершенствуя свои физические возможности, Андрей поначалу в детстве золотом ходил да жаловался отцу, что вот на секции его «вот этот» мальчишка ударил, потом вон тот… Папа, приди, дай им по голове? Папа никуда не приходил принципиально, хотя мог для сына купить этот спортзал вместе со всеми его потрохами. На слюни Андрея лишь говорил: «Дай ответ». Тот вскидывал чистые залитые слезами детские глаза и докладывал:
– Ага, ты знаешь, какой он сильный?
– Вот и отлично, – говорил отец, – главное разве победа? Главное – за что ввязался и успел ли кому двинуть? Понял теперь?
И пошло-поехало. Андрей после секций своих изворачивался, подходил к обидчику и при всех бил его изо всех сил наотмашь по морда́м. За ним прилепилась кличка – Доставало. За то, что всё равно всех достанет, хоть потом и поплатится. Его начали уважать за характер, потом к характеру прибавился опыт всяких спортивных увлечений, потом школа закончилась, потом армия… пехота… морская. В армии читал книги, что присылала мама… Когда сержант роты увидел,
– Сергея Гончарова читаешь?
– Да нет, – похоже, не удивился тот, – Ивана Александровича.
– Так ты же Андрей Сергеевич?
– Да.
– А читаешь какого-то Ивана Александровича?
– Да.
Сержант сказал: «Х-ха!»
Из армии Андрей вернулся полностью сформировавшимся молодым человеком. Сразу же, как отец предложил воспользоваться второй машиной, что простаивала уже третий год в гараже, сказал:
– Я себе, как заработаю, куплю спортивную. Не знаю, какую, но спортивную.
Дело ясное – молодость. Правда, вот то, что от папиной машины отказался… здесь дело, рассматривая его в современном аспекте, не совсем ясное. Может, опять характер?
Вечером, отужинав, Андрей оделся очень прилично в джинсы, футболку с коротким рукавом, не скрывающим явно сильные, уже мужские руки, стильные белые кеды, и пошёл гулять. Дома так и сказал – гулять. Куда гулять? По девочкам. Папа сказал: «Наконец-то». Мама сказала своё: «Задержишься, позвони».
Через минут тридцать, выйдя из своего коттеджного посёлка, Андрей вошёл в город, прошёл к главной улице города, нашёл дом Ксюши, сел возле её подъезда на лавку, достал телефон. Скоро телефон уже требовательно набирал номер любимой.
