– И что же он ответил?
– Его преосвященство сказал мне, что, учитывая не слишком близкое родство, связывающее меня с покойным, недельный траур будет вполне достаточным.
– Но для меня он недостаточен!
– А вы вообще не были связаны с дядюшкой родственными узами! У вас нет никаких причин для траура!
– Да, но я была связана с ним давними узами дружбы! Ваш дядюшка знал меня ребенком, и он стал мне вместо отца после смерти моего батюшки…
– Такие сомнительные аргументы церковь не принимает в расчет! Епископ согласился со мной, что пребывание в одном доме молодого мужчины и женщины, не связанных узами родства или брака, выглядит в глазах церкви двусмысленно и должно быть так или иначе прекращено. И брак в этом случае – наилучшее решение. Если мы заключим освященный церковью союз…
– Ваша церковь ужасна! Она равнодушна к умершим! У меня на родине траур длится долго, годами, а для супруги покойного вообще все заканчивается со смертью мужа – ее сжигают вместе с ним на погребальном костре!
– Я слышал об этом чудовищном и варварском обычае! Но мы, к счастью, находимся в цивилизованной стране! У нас такие варварские обычаи недопустимы!
– А я считаю, что в этом обычае гораздо больше уважения к смерти, чем в вашем случае – когда дозволяется выходить замуж чуть не на следующий день после похорон!
– Как вы хотите, дорогая, но мнение епископа было однозначным! Он настаивает на нашем скорейшем бракосочетании!
– Позвольте мне вернуться в мою комнату!
– Само собой, дорогая, я вас не удерживаю силой, но слово епископа для меня закон, и я советую вам готовиться к бракосочетанию. Я думаю назначить его на следующей неделе.
– Я вижу, что просить или умолять вас бесполезно… мое слово для вас ничего не значит…
– Напротив, дорогая, ваше слово значит для меня весьма много и будет значить еще больше, когда вы станете полноправной леди Гамильтон!
Все так и случилось, как сказал новый лорд.
На следующей неделе их сочетали браком в том же Сауфтворкском соборе, в котором похоронили прежнего лорда.
Церемонию провел сам епископ, что было для молодых большой честью.
Присутствовавшие на бракосочетании светские дамы перешептывались:
– Все-таки она чересчур смугла.
– Смугла – это полбеды. Новая леди Глостер тоже не белокура, но эта особа – настоящая дикарка!
– Конечно, в ее жилах течет королевская кровь, но лучше бы он взял в жены девушку из приличной английской семьи, к примеру, мою племянницу Бетти…
– Вашу племянницу, дорогая? Да ей, если меня не подводит память, уже скоро стукнет тридцать лет!
