Женя опомнилась. Незачем его злить, сейчас Расторгуев повесит трубку, а она останется здесь в полном одиночестве и в безвыходном положении. Лучше уж с ним дело иметь, чем к подозрительному леваку в машину садиться!
– Извините меня, Андрей Палыч, – заговорила Женя, – то есть просто Андрей. Дело в том, что я не дома.
– А то я не знаю, – сказал он ворчливо, – два часа уже у твоего подъезда торчу. Говори, куда приехать.
– Буду вас ждать под аркой Главного штаба.
Когда он приехал через сорок минут, Женя окончательно продрогла и заскучала. Навалилась вдруг жуткая усталость, все-таки сегодня был трудный день.
В теплой машине ее тотчас заклонило в сон.
– Все-таки где ты была? – приставал Расторгуев. – Я волновался.
Машина остановилась.
– Ну вот, теперь застряли, – вздохнул Расторгуев, – Женя, не спи, рассказывай.
Женя открыла глаза. Перед ней высилась громада разведенного Дворцового моста.
– Теперь часа два простоим, рассказывай!
Отчего-то она ему подчинилась и в полусне поведала о своих приключениях в Эрмитаже. Расторгуев пожал плечами – фантазирует или сон видит. Но, с другой стороны, что-то вокруг этой девчонки происходит. Нехорошее и опасное.
Потом Женю окончательно развезло, и она крепко заснула, положив голову ему не плечо. До лифта ему пришлось нести ее на руках, потому что, выйдя из машины, Женя не хотела стоять, а падала, он едва успел ее удержать. Хорошо хоть в такое время никто не попался навстречу. Он снял с нее только ботинки и куртку, положил на кровать поверх одеяла и прикрыл пледом.
– Можешь лечь там, в бабушкиной комнате, – неожиданно сказала Женя абсолютно не сонным голосом.
Он поглядел на нее, глаза были закрыты.
Когда Женя проснулась поздним утром, в квартире никого не было. По дороге в ванную ее настиг звонок телефона.
– Женька, ты на работу когда перестанешь опаздывать? – кричала Верка.
– А я сегодня на работу не пойду и вообще увольняюсь, – брякнула Женя.
– Да ты что? Если ты сплетен боишься, то не думай, Фараонова никому ничего не сказала… – бухтела Верка, но Женя молча бросила трубку.
После кофе в голове просветлело, и Женя задумалась о том, что вчера произошло в Эрмитаже.
Судя по тому, что механизм, спрятанный в саркофаге, сработал наподобие капкана, едва не отрубив рыжему бандиту руку, алмаза в нем не было.
Чтобы проверить свое предположение, Женя снова прочла фрагмент из записей английского священника.
Женя посмотрела на фотографию саркофага, которую сделала тайком от служительницы во время первого своего посещения выставки. На геральдическом щите деревья располагались в правом верхнем и левом нижнем углах. Значит, алмаза в тайнике нет, а сам тайник превратился в смертоносный капкан – в чем Женя уже могла убедиться.
Тут она вспомнила гравюру, которую унесла из кабинета Ерусалимского в Некрополе.
Она вытащила эту гравюру из ящика стола и положила перед собой.
На этой гравюре тоже был хорошо виден геральдический щит.
И на этом щите деревья располагались в левом верхнем и правом нижнем поле.
Значит, если священник не ошибался, алмаз лежит в тайнике…
Остается найти ответ всего лишь на один вопрос – где находится этот тайник? Где находится надгробие, изображенное на гравюре?
Всего один вопрос – но ответа на него у Жени не было, и она не представляла себе, где его искать.
Она перевернула гравюру, осмотрела ее обратную сторону.
Эта сторона была ровной и девственно чистой, на ней не было никаких надписей.
На всякий случай Женя включила настольную лампу и еще раз осмотрела изнанку гравюры.
И тут, при ярком свете, она заметила в верхней части гравюры какие-то едва заметные штрихи. Такие штрихи могли остаться, если что-то писали на листе бумаги, положенном поверх гравюры.
Женя вспомнила, как можно прочесть такую надпись.
Она взяла простой карандаш и принялась водить по задней стороне гравюры его тупой стороной, где едва выступал конец грифеля.
Через минуту изнанка гравюры покрылась серыми штрихами, на фоне которых проступала едва заметная белая надпись:
Женя вспомнила, что так называется самое старое кладбище Александро-Невской лавры. То кладбище, на котором расположены могилы восемнадцатого века. Так, может, именно там, на этом кладбище, находится изображенная на гравюре могила? А если кто ей и может помочь с ее поисками – так это кладбищенский смотритель!
Значит, ее путь снова лежит в лавру…
Женя вошла в ворота кладбища, пошла по центральной дорожке. Навстречу ей шла старушка в черном платке.
