— Со всем содержимым? Значит, и со мной? — саркастически переспросила Каролина. — Интересно, в какой же роли я останусь? В качестве музейного экспоната? Или мне предлагается выметаться и поселиться на винограднике?
Нотариус осторожно возразил:
— Вы, уважаемая графиня, располагаете квартирой в Париже. Оно было бы даже удобнее для вас, врачи под боком…
— Врачи мне без надобности, все равно не помогут. Здесь же, видите ли, уважаемый, свежий воздух. А я очень люблю свежий воздух.
Разговор происходил на террасе, откуда Каролина могла по желанию в любую минуту съехать в сад.
Она легко управлялась с коляской, снабжённой электрическим моторчиком.
Сбитый с толку нотариус тем не менее пытался выискать дополнительные аргументы.
— Но ведь содержание этой престарелой громадины обходится очень дорого! А если потом и решитесь продать замок, такой цены уже не предложат. Мой совет — не стоит пренебрегать подвернувшейся оказией.
— А что за кретин собирается приобрести эти развалины?
— Американец, ясное дело. У американцев есть деньги, и они обожают старину.
— Нет, не продам. Пока мне ещё денег на жизнь хватает.
— Разумеется, я в курсе, уважаемая графиня. Просто такой выгодной сделки больше может и не подвернуться.
— Нет! — отрезала Каролина. — Не продам, и все! И не морочьте мне больше голову.
Нотариусу больше ничего не оставалось делать, как только откланяться. Вскоре опять приехал, ибо настырный покупатель поднял цену. Однако упрямая графиня вообще отказалась его принять, так и уехал ни с чем.
Покупатель, похоже, отступился.
А потом в замок проникли воры. Правда, ничего не украли, потому что их спугнули. В замке ещё оставалось трое старых верных слуг: кухарка, горничная и лакей. Они прослужили в замке всю жизнь и сохранили верность старой графине. В саду работал садовник, из деревни к Каролине дважды в день приходила медсестра. Собаки садовника учуяли посторонних и подняли лай. Проснулась кухарка, разбудила лакея, тот схватил старинное ружьё и поспешил проверить, в чем дело. Ну и двое подозрительных типов сбежали. Рылись в комнатах первого этажа, выше подняться не успели.
Каролина решила установить аварийную сигнализацию, ведь в замке было что красть. По стенам развешаны старинные картины и оружие, буфеты ломились от старинного фамильного серебра, старинный фарфор стал просто антикварным. А вдобавок ко всему имелись и драгоценности, так что воры знали, где можно поживиться. Каролине не улыбалось оказаться ограбленной, вот она прибегла к самому простому и надёжному средству.
Взломщики оставили замок в покое. Зато вдруг появилось много желающих устроиться на работу в замок. Учитывая повсеместную трудность с уборщицами и прислугой, это казалось по меньшей мере странным и даже подозрительным. То вдруг появилась какая-то девица, иностранка, горевшая желанием поступить в уборщицы, то какой-то парень, тоже не француз, настойчиво просил принять его на любую работу, то уже немолодой мужчина жаждал наняться в ночные сторожа. Нельзя сказать, что они пришли прямо с улицы, тогда с ними и говорить бы не стали, нет, у них были рекомендации, но очень уж несолидные, когда по цепочке одни знакомые соглашались порекомендовать человека, им неизвестного, но об этом, в свою очередь, просили их знакомые. Нет, совсем не напрасно к этому набегу на замок Каролина отнеслась с подозрением. Не сразу, правда. Девушку иностранку даже зачислила в штат уборщицей, но тут лакей застукал её, когда рылась в вещах в прежнем кабинете покойного графа и в прежней спальне Каролины. Правда, после того как лишилась возможности передвигаться на своих двоих, Каролина переселилась на первый этаж, но верхние помещения сохранили свой прежний вид. Новая уборщица явно там что-то искала.
Каролина немедленно её рассчитала и тут только связала одно с другим. Дождалась очередного приезда нотариуса и попросила назвать фамилию клиента, который хотел купить замок за выгодную для неё цену. Вместе с содержимым…
Нотариус не стал темнить, решил, видно, графиня раздумала и теперь не прочь продать недвижимость. А ему, нотариусу, светил неплохой процент от сделки. Оказалось, богатого американского кретина звали Кеннет Венворт, что абсолютно ни о чем не говорило, этого имени Каролина никогда не слышала. Но поскольку она уже о чем-то стала догадываться, попросила нотариуса назвать ей девичью фамилию матери американского клиента.
— Понятия не имею, — ответил удивлённый нотариус. — Такие сведения не требуются при оформлении купчей.
— Так узнайте! — приказала Каролина. — Вдруг это наши дальние родственники, в таком случае я могу и согласиться. Во всяком случае, согласна подумать.
Кровно заинтересованный в совершении сделки нотариус постарался, причём это заняло не так уж и много времени. Оказалось, девичья фамилия матери предполагаемого клиента была Трепон. Мисс Трепон вышла замуж за американца по фамилии Венворт, отца предполагаемого клиента, сама же была француженкой по национальности.
