— Не придуривайся, что спишь!
Костя открыл глаза шире и внимательно уставился на ее разутые ноги.
— Ну да, нелегко, наверное, бегать по дому босиком, — посочувствовал он, а когда Алсу прищурилась, добавил, — хотя полы с подогревом. Халат снимай!
— Чего это? — разозлилась Алсу и запахнулась глубже.
— Он мой!
Сонливость смешалась в Косте с удивлением. Алсу злилась так непосредственно, что это сбивало с толку.
— Так, — закутался он в одеяло. — Спускаемся к завтраку. Я сейчас. — Косте нужна была пауза, впрочем, он понимал, что берет её, чтобы прийти в себя, а не чтобы предотвратить бедствие. Сегодня ночью он, кажется, был готов сотворить ерунду. И наверное, его на горизонте ожидали бы неотвратимые и суровые последствия. Только каким-то чудом он смог остановиться. Испугался её детской наивности. Он сам вроде не такой взрослый, но она уж совсем детский сад, цветочек в семени.
— Забирай. — Сняла халат и осталась во всей своей девственной красоте.
Костя лишь скривился в ответ и решительно направился в душ, твердо намереваясь не думать о том, что она творит. Пусть раскаяние не постигнет его бедную головушку. В конце концов, у него куча оправданий: он живой, у себя дома, в своей комнате, а она так откровенна в своей прелести.
Алсу сидела на кухне за столом и слегка удивленно слушала Королеву.
— Не знаю, как ты, а я сегодня не сомкнула глаз, — призналась она. — Тебя надо спасать? Ведь так?
На несколько секунд Алсу задумалась.
— Мам, я что-то делаю не так?
— Все не так. — В тоне Королевы было столько непререкаемой уверенности, что она мысленно вздохнула, но отступать было поздно.
— Тебе глазунью?
Королева поставила сковородку на огонь, достала из холодильника яйца, потом все-таки передумала, села напротив дочери и ласково сжала ее пальчики. Те секунды, в течении которых мама смотрела на дочь с любовью и восхищением, были бесценны. Пока на огне накалялась сковородка, они сидели в уютной тишине, и Алсу ловила себя на мысли, что паршивое по всем параметрам утро умудрилось превратиться почти в идеальный завтрак. Всё портил только напряженный взгляд матери, словно в ней происходила какая-то внутренняя борьба.
— Дочь, а можно я у тебя кое-что спрошу? — решилась Королева и, дождавшись её удивленного кивка, произнесла. — Ты же сегодня ночь провела с Костей? У вас настолько серьезные отношения?
Впервые Алсу заподозрила в матери что-то странное и непонятное. Но чувствуя, что вляпалась по полной, совсем по-детски спросила.
— Это неправильно?
— Понимаешь, — подбирая слова, начала говорить Королева. — Это надо было давно тебе рассказать, но честное слово, это так тяжело.
Алсу поймала себя на том, что крепко сжала чашку с кофе.
Запахло гарью. Королева вскочила, разбила на сковородку пять яиц. Она солила и все думала и думала. Как оказывается, сложно говорить с дочерью на эти темы. Надеялась, что в школе одноклассницы научат ее тонкостям отношений с мальчиками. Но видать, эта тема прошла мимо Алсу, иначе как объяснить ее столь безответственное поведение. По сути, Королева рада стать бабушкой, но не так скоро.
Положила яичницу на тарелку, поставила перед Алсу.
— Понимаешь, — Королева сняла с лопатки зернышко белка, отправила в рот. — Я стеснялась говорить с тобой на эту тему, но, видимо, время пришло. Тут на земле взаимоотношения между юношей и девушкой складываются по-другому. Здесь капсулой для закладки младенца является девушка, а если конкретнее, то ты и твое тело.
— Я… не понимаю, о чем ты.
И королеве пришлось рассказать все в подробностях.
— Мам, мне очень стыдно. — Алсу уставилась в остывшую яичницу. Она размазала весь желток по тарелке и теперь кончиком вилки царапала на нем круги. — Получается, будто я сама виновата — как это называется… соблазняла.
— Господи, солнышко. — Королева сорвалась с места, лопатка упала на пол, а сама она оказалась рядом с дочерью. — Прости меня. Хорошо, что он не оказался маньяком. Было бы потом сложно объяснить мою нерешительность.
Алсу чувствовала, как трясутся руки матери, да и ее саму колотило от стыда. Она зажмурилась и помотала головой, не зная, что делать с откровенностью матери и со своей реакцией на нее. У нее перехватило дыхание от осознания, какая она еще глупая для этого мира.
— Ладно, мам, я все поняла. Отцу пока об этом не говори, — попросила она.
— Только не думай, что мы с папой отказываемся от внуков, — назидательно подняла палец Королева. — Мы только этого и ждем, и вся страна акумов в надежде. И чем больше, тем лучше.
— Боже, мам, тебе для этих целей надо было родить сына.
Королева улыбнулась и эту улыбку можно было помещать на обложку самого модного журнала.
— Папа звонил? — попыталась сменить тему разговора Алсу.
— Да. Предлагает поселок городского типа Васильево или город Варенцы, там, говорят, очень хорошая школа.
