В задумчивости подняла голову и увидела человека в черном длинном плаще с капюшоном, вздрогнула от ужаса. Опасливо озираясь по сторонам, он шел сквозь толпу школьников и на их фоне смотрелся засохшим виноградным побегом. И еще он был насквозь пропитан маслянисто-керосиновым запахом, даже взгляд казался сальным.
— Привет, Макарыч! — громко окликнул его Парфенов, — принес?
— Сашок, — стал торопливо гундосить человек в черном. — Только для тебя.
— Сколько?
— Только для тебя тридцатка.
— Дорого.
— Сам пойми, таких запчастей уже не осталось, не выпускают, только и можно что с помойки, да из музея.
— Лучше из музея, — хохотнул Парфенов.
— Лучше свой мотик сдай в музей или выкинь на помойку. Еще есть переднее колесо. Брать будешь?
— Если не ворованное, тащи.
— Обижаешь, братан…
Разумеется, Алсу догадалась, что это совершенно не тот человек, которого она опасалась. В ее возрасте легче сгенерировать десятки других броских идей, чем зациклиться на одной. Этому полезному знанию ее научил Янотаки.
Учительница химии опаздывала.
— Пригласили в грузинский ресторан, — пришла первая версия отсутствия учителя.
— Слиняла на частный урок…
— Застряла на пробежке…
— Да у нее трусы улетели с веревки…
Каждый оттачивал свое остроумие, стремился к негласному успеху. Как бы сказали умные люди: необходимо освежить терминологию, список ключевых слов, обновить базовый набор знаний для групповых занятий.
— Че, пятнадцать минут прошло, имеем право сорвать урок…
— Пошли, братва!
— Освобождаем помещение…
Вдруг дверь отворилась и в класс осторожно вошла Екатерина Миксовна. Она была какая-то растерянная и неловкая, словно тряпичная кукла, наспех сшитая суровыми белыми нитями.
— Здравствуйте, дети, садитесь, пожалуйста. Тема сегодняшнего нашего урока…а кто отсутствует?.. а кто был на прошлом занятии?…а какой сейчас урок по счету?..
Содержательная все-таки получалась беседа, игра в одни ворота: спрашивает, и, не дожидаясь ответа, задает следующий вопрос. Что с ней происходит? Она будто грохнулась о землю вниз головой. И теперь после такого бесславного падения путается в мыслях.
— Екатерина Миксовна, с вами все хорошо? — все-таки не удержалась Алсу от вопроса.
— Бесфамильная! — вздрогнула учительница, — Почему ты спрашиваешь? Я немного задержалась, мониторила контент современных разработок. Изучала тренды, перспективные направления, аккумулировала для вас новости, фильмы, музыку…Да, да, Не смейтесь. Музыка в химии имеет огромное значение, от их соприкосновения и взаимодействия происходят удивительные события. Когда Ньютон играл на трубе, ему в голову пришла гениальная формула софилактического взаимодействия молекул. Впоследствии выяснилась ее пагубность для мира, и Ньютон был вынужден прекратить исследования. Да, запись с формулой он сжег, но играть на трубе не перестал.
Роза Викторовна постучала в кабинет химии минут за пятнадцать до окончания урока. Зашла, укутанная в черную дырчатую шаль, как рыба, похороненная тьмой водной стихии, и сразу сделалась полноправной хозяйкой кабинета, а учительница химии оказалась в положении гостя.
От каждого слова редкие тонкие волосы Розы Викторовны вздымались, словно она дышала жабрами и задыхалась в этом школьном воздухе, и поэтому искренне торопилась убедить всех в своих благих намерениях.
— После уроков все идем на субботник. Наш поселок нуждается в поддержке. Лично нам доверили восстановить, ну, то есть покрасить павильон остановки «деревня Растрепша» на пятом километре.
Со всех сторон понеслись высказывания.
— Почему мы?
— Пусть Бесфамильная красит, это ее…
— И вообще, батя Костяна пускай все восстанавливает…его рук дело…
— Какая жалость, Вероника, что ты не понимаешь значимость момента, — обратилась Роза Викторовна к Краснощековой, которая выступала ярче всех. — Я искренне призываю вас считать поселок родным домом. А поскольку так оно и есть, вижу разумный выход — собраться и внести свой вклад. А по поводу многоуважаемого мною Вениамина Петровича — уже доказано, что это очень хороший фотомонтаж.
— А чего тогда его загребли?
— До выяснения обстоятельств. Вот выяснили. Освободили. А где Сидоров? — оглядела класс Роза Викторовна. — Снова прогуливает?
— Батю встречает, — предположил Парфенов.
— Хорошо, — кивнула Роза Викторовна. — Автобус будет в одиннадцать.
— А уроки? — надуманно тревожно возразила Лена Шеина.
— Их перенесут на следующую неделю в качестве дополнительных занятий.
Класс неровно загудел.
— С фига ли…
— Оно нам надо…
— Произвол, эксплуатация детского труда…
Роза Викторина подняла руку, приглашая класс заткнуться.
— И у нас еще вопрос по выпускному вечеру. Бесфамильная, говорят, ты прекрасно играешь на гитаре.
— Роза Викторовна, — тихо застонала Алсу. — Неправда все. Где я и где гитара?
— У меня нет ответа на твой вопрос. Но меня предупредили, что ты будешь отказываться. Говорят, у тебя есть авторская песня, «Гитарой по ежику».
— Да Роза Викторовна! — почти закричала Алсу стараясь перекрыть хохот одноклассников.
