У двери застыл Кеке, сын далёких Свободных островов. Он вслушивался в песню чужой страны и вспоминал, как сам, много лет назад, покидая родные края, целовал материнские руки. Но его звало море и дорога. Увидит ли он когда-нибудь знакомые берега? Коснётся ли его ещё раз смуглая рука матери?
Светловолосая Фиона склонила голову у кровати и спала, потому она и не слышала, как мечется во сне среди кошмаров Эрия, дочь славных и храбрых всадников Просторов. Как мелькнула тень в комнате. Как подошёл к кровати герцог, склонившись над лежавшей на ней девушкой. Как легко коснулся он её лица.
Судьба. Так, кажется, говорят люди. Судьба свела его с предназначенной ему, и судьба же велит… Альгар прижался губами ко лбу девушки и прошептал:
– Бремя крови. Кто мог подумать? Спи спокойно, дочь Маары ― тебя не коснётся её проклятье. Я не позволю.
.
Яркий свет бил прямо в лицо. Отвернувшись, Эрия смогла разлепить глаза и оглядеться. Она лежала на кровати: четыре резных столбика, и на них закреплены тонкие голубые занавески. На стенах гобелены, изображающие оленью охоту. У очага два кресла с резными ручками, обтянутые синей тканью. В комнате свежо и…
И Эрия вспомнила ― герцога, свою неудачную попытку убить и его покорное предложение закончить начатое. Эри от стыда залезла под одеяло. Дура, дура, дура! Надо было ещё подождать, а теперь…
А что, собственно теперь? Она лежит в большой светлой комнате, ни темницы, ни подвалов, цепей и палача. Словно и не было того ужаса, а она лишь приехала в гости. Сердце сжалось в предчувствии беды. Бежать. Нужно как можно скорее бежать!
Дверь открылась и закрылась. Послышались шаги, стук подноса о стол, и лёгкая рука подняла одеяло. Девушки от неожиданности вскрикнули. Фиона прижала руку к груди.
– Ну и напугалась. Я думала, что вы спите.
– А я думаешь не напугалась? Зачем так подкрадываться? ― Эрия убрала с лица волосы.
Фиона спрятала руки за спину и осторожно проговорила, впрочем, у неё едва получилось скрыть обиду в голосе:
– Так, вы, леди, спите, сны смотрите, мало ли разбужу ещё. Их сиятельство строго-настрого приказали не будить.
– А что ещё приказал герцог?
– Накормить.
Служанка отошла и вернулась с подносом, который поставила на колени Эрии. А там овсянка с изюмом, творожник, молоко, хлеб, ещё тёплые булочки с повидлом и горстка калёного сахара.
– Вот, завтрак, леди.
Эрия потрогала фарфоровое блюдечко, на котором истекал маслом свежий хлеб. Оно оказалось настоящим.
– Фиона, что происходит?
Служанка удивлённо подняла тонкие светлые бровки.
– А вы не знаете? Леди Кальдерон нашлась! И где ― в замке самого герцога! А что да как, почём мне знать ― я простая служанка. Приказано было принести завтрак и переодеть вас. Их сиятельство уж очень переживал ― вы два дня пробыли в беспамятстве.
– Как два дня?
А ведь и правда, есть хотелось безумно.
– Доктор вчера приходил, сказала, что всё в порядке. Он и сегодня придёт. Вы кушайте, а потом я вас переодену к его приходу.
– Герцог больше ничего не приказывал? Например, привести палача?
Фиона всплеснула руками, поражённая таким вопросом.
– Да зачем вам палач? Вы что, миледи?! Как можно.
Эрия подняла глаза на девушку, с которой последний месяц делила комнату и стол. Та, смотрела с затаённой обидой.
– Фиона, прости, я…
– За что, миледи?
Девушка отвернулась, подошла к платяному шкафу и принялась вытаскивать оттуда вещи.
– Фиона, не надо. Прошу.
Служанка остановилась. Плечи её дрогнули. Когда она вновь взглянула на Эрию, то смотрела с опаской, и всё же с обидой в голосе яростно заговорила:
– Пусть меня выпорют потом за дерзость, но я скажу! Я думала, что вы… ты… Вот знамение Триединых, не знала. Ты же мне как… как сестра стала!
Эрия не без труда отставила поднос на столик у кровати, откинула одеяло и попыталась встать, но ноги её запутались в длинной рубашке, и она повалилась на пол, больно ударившись коленями. Фиона вмиг оказалась рядом, обхватив плечи.
– Да что же вы это, миледи. Вам рано пока вставать! Окрепните сперва.
– Да хватит тебе с этой миледи. Не миледи я. Уже нет, ― прошептала Эрия, оставив бесполезные попытки подняться.
– Да как же так? Как не леди?
– Я герцога убить хотела.
– Пресвятая Магдалина, защити нас своим покровом! Что вы такое говорите?
– Хотела! И кинжал занесла, но не смогла… ― Эрия закрыла лицо ладонями, шепча: ― Не смогла… Не смогла…
– Так, герцог-то и слово никому не сказал! Даже о том, что вы тут накрепко запретил кому говорить. Об этом знают он, доктор и я. Ну может быть, этот его блудливый пёс… новый лорд Вивьен!
– Кто?
– Вы ничегошеньки не знаете, ― улыбнулась Фиона. ― Давайте-ка ложитесь обратно, кушайте, а я вам всё-всё расскажу. Весь дом второй день судачит.