Смыв с себя остаток сна холодной водой, Эрия нашла в сундуке чистое, хоть и простое платье. Оделась сама, не дожидаясь служанки. Заплела две простые косы и спустилась. За столом сидел мрачный Кома. Его волосы и борода значительно укоротились, открыв высокий лоб и ясные, карие глаза. Вместе с тем шрамы тоже стали заметнее. Те были словно от когтей какого-то зверя. Кома смотрел в пустоту, лениво жуя луковое перо, но, услышав шаги Эрии, встрепенулся.
– О, а я думал, вы ещё месяц будете неприступно сидеть в комнате.
Девушка слегка склонила голову в знак приветствия.
– Доброе утро.
– Доброе-доброе, ― проворчал Кома. ― Кому доброе, а кому мачеха.
– Да будет тебе, ― в комнатку вошла Аника, держа на руках пухленького младенца. ― Накось подержи.
Она сунула ребёнка Кома и повернулась к Эрии. Смерила её внимательным взглядом, словно оценивая ― будет та и дальше доставлять неприятности или нет. Девушка вздохнула, набираясь решимости.
– Госпожа Аника, я хотела бы извиниться за свои вчерашние слова. Это была непростительная грубость. Вы приняли меня как гостью, а я отплатила за это неблагодарностью. Однако прошу, не заставляйте меня поднимать кубок и произносить хвалебные речи герцогу Баккерелю ― я считаю он того не заслуживает.
Ребёнок на руках Кома издал громкий вопль и поднял кулачок. Мужик подкинул младенца и что-то тихо ему проворковал. Аника прищурилась, потёрла пальцами тонкие губы и, наконец, ответила:
– Вроде как и извинилась, и при своём осталась. Поди ж вас пойми. Ну что мне с тобой делать, девка? ― она сказала это так, словно решала отправить Эрию на костёр или принять в свой род.
Младенец издал ещё один требовательный крик и со всех своих сил стукнул Кома по лбу.
– Ах ты маленький демонёнок, ― проворчал он и крикнул на весь дом. ― Глафира! Етить твою за ногу, иди сюда! Этот плод преисподней требует твою прелестную натуру!
На втором этаже послышались шаги, следом по лестнице и в комнату вплыла, подобно кораблю, грудастая, пышная, словно булочка, женщина. Она приняла ребёнка из рук Кома.
– Он требует не моего внимания, а всеобщего. Только что же ел, ― проворчала она, прижав притихшего младенца к груди. ― Надо было его покачать.
– Мне? Я что, похож на няньку? ― оскорбился Кома.
Вскоре все собрались за завтраком. Аника, как хозяйка дома, представила Эрии домочадцев, проживающих в доме. Глафира оказалась сестрой Кома. Она успела уложить бойкого ребёнка и теперь покачивала на руках второго младенца, который с поистине жреческим смирением смотрел на присутствующих. У неё был ещё старший сын ― десятилетний Вест. Внешне он больше походил на своего дядьку, чем на мать. Ещё в доме проживал благообразный старец ― Румп, маг, школу которого Эрия так и не узнала. Лет ему было около сотни, но, кажется, годы подточили его разум и Румп время от времени начинал разговаривать с солонкой, доказывая той ложность какой-то теории.
После завтрака Глафира вызвалась показать Эрии Раат. При ближайшем рассмотрении оказалось, что дом построили совсем недавно. Ещё сохранился запах смолы, дерева и краски. На первом этаже были кухня, кладовые, комнаты слуг, Румпа и Аники, которым по возрасту лестница давалась с трудом, а также светлая столовая и уютная общая комната с очагом. Здесь у стены стоял большой книжный шкаф, по углам стулья, на полу пушистый ковёр с горкой подушек. Второй этаж занимали сама Глафира с детьми и Кома, но оставалось ещё несколько комнат, одну из которых выделили Эрии.
Выйдя во двор, стало ясно: дом стоит посреди леса и окружён частоколом.
– Но мне сказали, что это место называется Раат, ― удивилась Эрия. ― И это поселение.
Графира отмахнулась
– Мальчишки вечно придумывают названия простым вещам. Раат – это сокращённое от raatur и означает «дом». Живём только мы, конюх, несколько людей на хозяйстве. Ах да, ещё Елена, но она здесь совсем недавно.
Раат был похож на маленькую крепость посреди леса, и выбраться отсюда было столь же непросто, что и из темницы. Позади дома оказались хозяйственные постройки, от которых ощутимо несло скотом. Из кухни вышла Елена с ведром помоев. Она прошла до кучи, вылила туда ведро и вернулась. Напоследок девушка бросила на Эрию странный, злобный взгляд, а после скрылась в доме. Это не укрылось от Глафиры. Та тяжко вздохнула и похлопала Эрию по руке:
– Не обращай внимание. Она на всех так злиться. Прошлым летом солдаты лорда Барла увели её мужа в ополчение к мятежникам, а следом эти же солдаты обнести все дворы в деревне ну и… ― женщина замялась, бросив косой взгляд на Эрию, ― и всё остальное тоже. А когда уходили, всадник не доглядел и затоптал её сына-малька. Так что не злись на неё. Здесь все кого-то да потеряли.