“Что здесь происходит?!” — оформиться эта самая мысль в слова так и не успела. Сорвав с головы платок, кто-то жестко схватил меня за волосы, запрокидывая голову назад. Мерцающий свет фонаря отразил грубые черты лица смутно знакомого мужчины. Кривой изгиб губ. Темные, густые брови, сдвинутые к переносице, между которыми пролегает глубокая морщинка, не пропадающая, даже когда лицо расслаблено. Глаза темные, влажные, отдающие перламутровым блеском. Такой бывает у людей, находящихся под каким-то наркотическим зельем.
В этого человека я метнула нож. Я почти посекундно увидела тот момент, как вытаскиваю из-за пояса оружие и не раздумывая кидаю в него. Удар приходится в левое плечо. Наверное, я должна была быть рада, что не стала вчера убийцей. Но именно сейчас я глубоко раскаивалась, что удар не пришелся этому ублюдку прямо в сердце.
Все повторялось. Только на месте Леды я. Безоружная. Беспомощная.
“Все это уже было” — очень четко осознала я. — ” Эта ситуация, этот человек, может даже эта улица”.
“Это человек” был со мной полностью согласен.
— Это она, — прозвучал голос над головой, обращаясь к кому-то невидимому мне. Я слышала его вчера. Звучный, хорошо поставленный, совсем немного с хрипотцой и в нем смесь раздражающих ноток из надменности и злорадства. Надежда, что нападавшие — простые искатели легкой наживы, медленно угасала с последними лучами солнца, едва пробивающимися сквозь горизонт.
Как же я вчера из этой ситуации выкрутилась? А ни как.
Меня потянули за волосы вверх, заставляя подняться на ноги. Я протестующе запрокинула руки назад, чтобы зацепиться за ладонь или кисть напавшего и ослабить давление. Вместо этого, мужчина дернул меня в сторону, еще крепче вцепившись в волосы.
— Не надо кричать, руми. — Он крепко прижимал меня к себе за талию и я могла почувствовать запах шедший от мужчины: необычное сочетание ароматов мускуса, крови и полыни. — Берите пример со своей подружки.
Леда?
Она стояла спокойно, вполоборота ко мне. Не шевелилась. Совершенно пустой и неосознанный взгляд, как будто она находилась где-то не здесь. Глаза, подернутые поволокой, застыли, остановившись на невидимой никому точке Несколько локонов выбились из прически и теперь спадали ей на лицо, очевидно мешая. Она не торопилась поправлять их. Красивая кукла в полный рост. Такую не купишь в магазине. Только на заказ.
— Что ты с ней сделал? — зарычала я.
— Ничего необратимого. Пока.
Я лихорадочно искала выход. Новые чармы все также лежали запакованные в коробочке, в пакете, который я выронила из рук, когда падала. Даже если каким-то образом вырваться из хватки мужчины и добраться до пакета, то придется потратить несколько драгоценных секунд, чтобы достать и правильно активировать артефакты. У меня не будет столько времени. И у меня нет другого оружия. Я не могу себя защитить. Я не знаю, что с Ледой. Как мне поступить? Я, кажется, неплоха в заклинаниях Света, но что я смогу сотворить после того, как в салоне у меня выкачали большую часть сил? Вот если бы Леда пришла в себя. У нее чармы подготовлены к работе.
— Кто вы? — я тянула время.
Вопрос был проигнорирован. Продолжая держать меня за волосы, другой рукой он нащупал идентификационный знак на отвороте жакета, и ловко отстегнув его кинул в сторону темного проулка. Металлического позвякивания от удара о камни не последовало. Знак был пойман кем-то спрятанным от моего взора в тени. Второй сообщник не желал быть узнанным.
— Китра Латер, — прочитал неизвестный. — Второй курс, общий поток? Да ладно! Это точно она?
— Да, — подтвердил мужчина. — Только…
— Только?
Перехватив за талию одной рукой, а второй усилив давление на голову, мужчина заставил меня повернуть голову. Он чуть наклонился, и мы оказались лицом к лицу.
“Вряд ли ему больше сорока” — почему-то подумалось мне.
— Мне казалось, она была старше, — напор ослаб и я снова смотрела вперед — на замершую на месте Леду. Слышала ли она нас? Понимала ли, что происходит вокруг и в какой она опасности или утопает в сонме иллюзий и давно потеряла чувство опасности?
— Я не вижу в ней чего-то необычного. Ты уверен, что дело было в ней? — засомневался голос из темноты.
— Ты думаешь, я пытаюсь спихнуть вину на кого-то другого? Это точно было она! Если сам не помнишь, спроси у Лилит.
— Я не подходил так близко к алтарю, мне нечего помнить.
Я не могла понять, о чем они говорят. Я лишь силилась ухватиться за вчерашние воспоминания, точнее за те чувства, что испытывала. Потому что вчера я не боялась. Я была уверена в своих силах. Я знала, что могу справиться с чем угодно.
— Что вам от нас надо? — собрав волю в кулак, вмешалась я. Чем дольше мы говорим, тем больше шансов, что кто-то наткнется здесь на нас. Да хоть тот же самый Шляпник, возвращаясь обратно нас заметит. — Почему вы это делаете?
Мужчина рассмеялся:
— Ну уж нет, на вопросы здесь отвечаешь ты. Что ты сделала с алтарем? — Он еще раз больно дернул меня за волосы, да так сильно, что из глаз потекли слезы.
— Я не понимаю, о чем вы! Вы же стерли мне память, я даже имени своего вспомнить не смогла!
