Один простой женский разговор по душам. Что может быть проще? Я скучала по подобным беседам. Кроме давно пропавшей Эрин у меня подруг не было. Никогда. А так хотелось поболтать о глупостях жизни или хотя бы обсудить те странности, что стали происходить вокруг, после моего пробуждения. Услышать мнение со стороны, не обремененное недомолвками представителей Света, Солнца, Стихий и других темных тварей. Не играло роли, что Леда гораздо младше. Насколько я теперь понимала, именно она запустила ту цепочку, что позволила раскрыть незаконный ритуал. Адептка первая догадалась о том, что происходит.
Все эти мысли я прокручивала у себя в голове, пока выбирала подходящий плащ для назначенной встречи.
Поужинав и приняв лекарства, я ненадолго замешкалась глядя на последнюю бутылочку с синей жидкостью. Зелье на основе аронии действовало не только как укрепляющее, но и вызывало некоторую сонливость, впрочем, прогоняя все кошмары во время сна. В нем присутствовали некоторые незнакомые компоненты, которые, как мне казалось, очень сильно влияли на мою психику. Слишком спокойно я воспринимала некоторые вещи. Да та же потеря сил не должна была оставить меня настолько равнодушной. Но смотри-ка, я до сих пор не сорвалась на истерику. А стоило бы, честное слово, стоило бы. Лучше сейчас, под присмотром лекарей, чем через полгода в дремучей деревушке.
Я поболтала пузырек. Откупорила крышку. Вдохнула горьковатый запах и поставила обратно на поднос. Из ящичка бюро извлекла граненный стакан и перелила в него содержимое флакона. Стакан с зельем спрятала в выдвижную секцию секретера, а пузырек возвратила на поднос, на случай если позже заглянет сестра милосердия, забрать лекарства. Так я могла точно знать, что не получу нагоняй от лекаря за не вовремя выпитое зелье. Потому что зелье может подождать часок-другой, а Леда заслуживала меня в относительно здравом уме.
Дождавшись завершения обхода, я взяла чармы, на которые успела поставить “слова-ключи”, и направилась во внутренний сад. В традициях лучших бульварных детективов нацепила черную, как вороново крыло мантию, и накинула на голову капюшон. Браслет с тремя чармами приятно холодил руку и я почти чувствовала себя полноценной. Мой тайный поход под покровом ночи больше напоминал игру, чем реальную попытку совершить что-то непозволительное. Встреча с Ледой не носила в себе никакого злого умысла, чтобы скрывать ее от лекаря или от кого-то еще. Мне не грозила опасность от возможности быть замеченной с адепткой Стихии. Я же здесь не в заточении, верно?
Коридоры я миновала без каких-то проблем. Не охранялись они стражей. Защитные заклинания стояли только на внешних стенах. В конце концов — это здание не самый важный стратегический объект. Его магическая ценность состояла только в том, что Приют построили еще в те времена, когда часть элементов, используемых для его создания, сдабривалась легкой паутинкой заклинаний, прицепленных к истоку.
Задержка произошла у самого выхода в сад.
Дверь, ведущая во внутренний парк, была заперта на хлипкий замок и понадобилось несколько минут, чтобы бросить гиблую идею взломать его и пойти поискать подходящее окно. Оглядевшись вокруг, я двинулась по коридору, ведущему вдоль выстроенных анфиладой пустых залов.
Мне повезло не сразу. Одно окно заклинило, на другом была очень тугая защелка, третье выходило на терновые кусты. Когда четвертое окно оказалось именно таким, как нужно, послышался шум шагов. Не успев выбрать достойное убежище, я нырнула за портьеры, забираясь на широкий подоконник. Задернув штору, длина которой была рассчитана таким образом, что сборки как раз доставали до пола, я притихла. Поскольку шелковый шнур, продетый через петлю, обхватывал плотную ткань поперек, пришлось вжаться в стену, стараясь слиться с темной драпировкой, и затаить дыхание, ожидая когда неизвестные пройдут мимо.
Наверное, со стороны я производила очень весело впечатление: черная мантия, капюшон, натянутый на пол-лица, в руках пара черных туфель, снятых перед выходом из комнаты, чтобы каблуки и мраморный пол не выдали ночной побег. И вся эта груда антрацитового материала, пытается слиться со стенкой.
Выждав пока легкие женские шажки и пара мужских затихнут в глубинах коридора, я потянулась к щеколде. Перепачканная краской, она глухо щелкнула под моим напором. В зал ворвался легкий ветерок, взметнув тяжелые полы вельветовых штор. Несколько золотистых листьев скользнули в окно, запутавшись в кружевных оборках. Я обула туфли, и чуть помедлив, спрыгнула на землю. Приземление вышло мягким и спустя секунду, я стояла на ногах, готовая пробираться сквозь дебри садовых излишеств, превратившихся под покровом ночи в хитросплетения опасного лабиринта из скамеек, бордюров, пергол и декоративных кустарников.
