— А чем я плох для продолжения рода Кельварна? — весело оскалившись, спросил он. — Чтобы быть в чем-то уверенным, мой правитель, вы должны взять жену из этого рода.
Видимо, шутка Тревинера так устарела, что Вальборн и не рассмеялся, и не обиделся.
— А почему бы нет? — только и сказал он.
Магистр заинтересованно посмотрел на него.
— Где вы возьмете такую жену, Вальборн? — полюбопытствовал он. — На Келаде нет подходящих вам девушек. У Берсерена нет своих детей, к тому же он — ваш близкий родственник. Донкар — сами знаете, у него только трое сыновей.
— У Норрена есть дочь, насколько я знаю, — было видно, что правитель Бетлинка не шутил. Альмарен, оторвавшись от созерцания костра, поднял голову и внимательно посмотрел на Вальборна, будто бы увидел его впервые.
— Фирелла? — удивился Магистр. — Но ей всего двенадцать лет.
— Вы видели ее, Магистр? Она хороша собой?
— Да, — медленно ответил Магистр, потом еще раз повторил. — Да.
— Я так и думал, — обрадовался Вальборн. — Мы — дальняя родня, с этой стороны препятствий не будет.
— У любого дела есть по меньшей мере две стороны. Она еще ребенок.
— Ей двенадцать лет, а мне. — двадцать восемь, — начал объяснять Вальборн, — Через пять лет ей будет семнадцать, а мне — тридцать три. Я не тороплюсь. И вы верно заметили, Магистр, у Берсерена нет своих детей. Придет время, и я стану правителем Келанги. Моя жена должна быть мне ровней, а не какой-нибудь девчонкой из-под забора.
Магистр не ответил. Взглянув на него, Альмарен увидел, как тот изменился в лице, и вмешался в разговор, чтобы сменить неприятную для друга тему.
— Скажите, Вальборн, — спросил он с неловкой поспешностью, — а где вы собираетесь размещать людей на Оранжевом алтаре? Поселок не приспособлен для содержания такого войска.
Вальборн не заметил мгновенной неловкости и не удивился любопытству Альмарена в вопросе, естественном для него самого.
— Я думал об этом, — ответил он. — К северу от храма есть просторная поляна, а рядом — овражек с питьевой водой. Конечно, я не собираюсь обременять постоем местных жителей. За провизией будем раз в неделю посылать обоз к Берсерену. Я договорился с ним… Что это?
Все четверо прислушались. Со стороны дороги донеслось что-то вроде отдаленного возгласа, затем звук повторился.
— Стража заснула, бездельники, — недовольно сказал Вальборн. — Мы здесь все слышим, а они ничего не замечают.
Но он ошибся. Вскоре стражники привели к костру нескольких несчастных с виду, усталых людей с наспех собранными узлами и мешками.
— Кто вы такие? — поднялся им навстречу Вальборн.
— Мы с Оранжевого алтаря, ваша светлость, — объяснил один из них. — Уттаки напали и захватили все — и поселок, и алтарь.
Беженцы все прибывали и прибывали. Они устраивались на ночлег в лагере Вальборна, чувствуя себя здесь в безопасности. Воины один за другим просыпались от шума, пересказывали и обсуждали дурную новость, которая в ближайшем будущем должна была коснуться непосредственно их самих.
Вальборн мерил шагами вытоптанную площадку перед костром. Он считал себя ответственным за случившееся, поэтому сознание собственной вины не давало ему покоя.
— Какие-то сутки, даже меньше, чем сутки… — проговорил он, резким движением сжав руку в кулак. — Если бы знать заранее… мы шли бы день и ночь.
— Каморра торопит события, — отозвался Магистр, стоявший по другую сторону костра. — Интересно, большое у него здесь войско?
Вальборн вскинул взгляд на Магистра.
— Действительно, интересно. Нужно узнать у этих, которые оттуда. Тревинер!
Охотник, который был рядом и все слышал, без лишних вопросов отправился к беженцам. Вернувшись, он доложил своему правителю.
— Уттаков примерно вдвое больше, чем наших. Их возглавляет Каморра.
— Прекрасно! Лаункара — ко мне! — проводив глазами охотника, Вальборн обратился к Магистру. — Если мы выйдем чуть свет, к восходу солнца мы будем на алтаре. Нужно застать их врасплох, тогда ни один уттак не уйдет от нас. И Каморра, надеюсь, тоже.
Войско чуть свет двинулось в путь. Дойдя до поляны, где располагался алтарный поселок, Вальборн остановил людей на опушке и выехал на край леса. Издали поселок выглядел, как обычно, ничто не говорило о вчерашнем нападении. Посмотрев внимательнее, Вальборн увидел на косогоре между поселком и алтарем острые вершины конических, крытых шкурами уттакских шалашей. Шалаши повыше и побогаче, как он знал, принадлежали вождям. Охраны не было видно.
Составив план нападения, Вальборн вернулся и поделил войско на три отряда. Один отряд он послал к восточному краю деревни, другой — к западному, туда, где располагалась центральная площадь. Последний, конный отряд он повел сам на храм Саламандру. Отряды разошлись по опушке леса и одновременно двинулись в атаку.
