Сердце Скампады бешено застучало. Он имел представление о наблюдательности своего прежнего попутчика, поэтому поспешно лег в траву и опустил шляпу на лицо, изображая спящего. В оставленную щелочку он увидел, как Кеменер остановился у знакомой палатки. Видимо, у входа состоялся какой-то разговор, потому что дверь приоткрылась и Кеменер залез внутрь. Скампада моментально вскочил и подобрался к палатке. Когда он оказался у ее задней стенки и прислушался, разговор был уже в разгаре.
— Вы не заработали награду, парни, — послышался неторопливый, глуховатый голос Кеменера. — Хозяин будет недоволен такими горе-лучниками.
— Прицел был точный, — возразил другой голос. — Кто ж знал, что он вдруг наклонится?
— Дело нужно закончить, — в голосе Кеменера слышалась нелюбовь к небрежной работе.
— Жизнь дороже денег, — с раздраженным упрямством отозвался голос. — Там сейчас каждый второй — охрана.
— Хозяин бывает и очень строгим, — напомнил Кеменер.
— Там верная смерть. — упорствовал голос. — Сделай сам, раз такой умный.
В палатке установилась тишина. Скампада напряженно вслушивался, но изнутри не доносилось ни звука, ни шороха.
— Ладно, оставим это, — неожиданно сказал Кеменер. — Он, я думаю, не встанет раньше, чем нужно. Есть еще один. Он резво взялся за дела и потому мешает.
— Кто это? — спросил голос.
— Ты болван, что ли? — вмешался третий. — Ясно кто.
— Вот и хорошо, раз ясно, — тихо, невыразительно сказал Кеменер. — Уберите его и на том сочтемся.
— Сделаем, — чуть помешкав, согласился третий голос. — Днем вокруг него люди, но спит-то он без охраны.
Чутье шепнуло Скампаде, что пора уходить, и он поспешил прочь от палатки. Меньше всего ему сейчас хотелось бы попасться на глаза Кеменеру. Он отыскал Ромбара, чтобы при возможности перекинуться с ним парой слов, но тот упорно не замечал навязчивого присутствия Скампады. Только ночью, в палатке, они оказались с глазу на глаз.
— Ваша светлость? — обратился Скампада к укладывавшемуся спать Ромбару.
— Что?
— Рана его величества — это повод не только для скорби, но и для размышления. Размышление указывает, что враг где-то поблизости. Такому человеку, как вы, небезопасно ночевать без охраны.
— Ты боишься спать без охраны, Скампада? — в голосе Ромбара прозвучала усмешка. — Не ты ли мне говорил, что ты не трус?
— Я не трус, — невозмутимо сказал Скампада. — Но я осторожен. Ваша жизнь сейчас нужна друзьям и союзникам. Именно поэтому она может понадобиться и врагам.
— Постоянная охрана — это привилегия правителя. Если я потребую ее для себя, в войсках подумают, что я или чванлив, или труслив.
— Тот клыкан был бы здесь кстати, — намекнул Скампада.
Ромбара задело упоминание о Вайке, так бесповоротно отвернувшемся от него после долгих совместных странствий.
— Запомни на будущее, Скампада, моя безопасность — это не твоя забота, — он повернулся спиной к своему соседу, показывая, что разговор закончен.
Скампада уставился бессонным взглядом в непроглядную тьму палатки. Он догадывался, что люди Госсара не будут тянуть с порученным делом, и сожалел, что понадеялся на благоразумие Ромбара и не пошел после ужина взглянуть, что делается у лучников. Этой ночью они нападут или следующей? Не будучи трусом, он все же считал, что глупо погибать за компанию с кем-то, и подумывал, не выбраться ли из палатки в местечко поспокойнее, но понял, что будет первым на подозрении, если преступление совершится. С досадливым вздохом Скампада вынул из ножен свой тонкий и легкий, сделанный на заказ меч, и положил рядом с собой, острием к выходу. Сын первого министра не был ни сильным, ни искусным бойцом, поэтому без большого удовольствия ожидал наступления событий.
Сначала до его ушей доносились отдаленные голоса и звуки, затем лагерь стих. Было за полночь, когда Скампада скорее почувствовал, чем услышал, что к палатке приближаются осторожные шаги. У входа раздался легкий шорох и звук перерезаемой веревки, потянуло свежим воздухом. В образовавшейся щели блеснуло лезвие меча, мелькнул кусок звездного неба, тут же закрытый темным силуэтом. Человек у входа разрезал донизу веревки, скрепляющие дверные створки, и бесшумно шагнул внутрь.
Скампада нащупал рукоять меча и, вскочив на колени, наугад нанес колющий удар в грудь вошедшему. Короткий, захлебнувшийся вскрик показал, что удар попал в цель. Колени врага подогнулись, он свалился вперед, на Скампаду. Тот отшвырнул его на Ромбара, выдернул меч и выскочил из палатки.
Второй враг был здесь. Увидев, что перед ним не сообщник, он кинулся с мечом на Скампаду. Сын первого министра кое-как сдерживал натиск куда более сильного воина, чем он сам, и, наверное, был бы убит, если бы не подоспел Ромбар. Оттеснив Скампаду, тот мгновенным движением выбил оружие у врага и приставил свой меч к его груди, принуждая сдаться.
— Свяжите этого парня покрепче, — приказал он, передавая задержанного подъехавшему на шум сторожевому отряду. — И разведите костер. Я хочу посмотреть, кош мы поймали.
