— «С любовью»?! — недоуменно повторил Альмарен, переводя взгляд со знаков на магиню. Она пожала плечами в ответ на его невысказанный вопрос. Знаки напомнили Альмарену книгу, которую он носил с собой.
— У меня есть книга на неизвестном языке, — сказал он магине. — Может быть, это ваши иероглифы?
— Давай посмотрим, — согласилась Лила.
Он достал книгу и подбросил дров в костер, чтобы добавить света. Лила отстегнула старинные пряжки и начала перелистывать страницы, затем рассмотрела листок с изображением трехцветного круга.
— Это не наш язык. Книга о магии, это понятно. Списки заклинаний, я думаю, — подвела она итог. Альмарен присел рядом и рассказал ей содержание беседы у Равенора.
— Видишь этот рисунок? — указал он. — Равенор говорит, что камни нужно соединить так.
— И что тогда произойдет?
— Не знаю. Когда мы разыщем Магистра, можно будет попробовать соединить наш камень с Синим.
Лила вновь открыла первую страницу.
— Смотри-ка сюда, — сказала она.
Альмарен взглянул туда, куда указывал ее палец. Там было не начало первой главы, а короткое, в полстраницы, предисловие. В конце текста, одно под другим, стояли три похожих слова.
— Тебе не кажется, что это подписи Трех Братьев? — спросила его Лила. — И количество букв, и сходные буквы — все совпадает. Это не чужой язык, а тайнопись.
Они взялись расшифровывать текст. Витри, хоть и не умел читать, но, глядя, с каким воодушевлением оба мага копаются в непонятных значках, пристроился рядом. Альмарен и Лила занимались расшифровкой, пока не кончились дрова. До понимания смысла текста было пока далеко, но кое-какие слова им все же удалось прочитать.
Через два дня голые скалы кончились. На склонах все чаще встречалась древесная поросль, грунт, нанесенный с верховьев и осевший в извилинах береговой кромки, прорастал темно-зеленой щеткой исселя. Продукты приходилось экономить, но это не портило настроения троих путников, с каждым шагом приближавшихся к местам, заселенным людьми.
Молодой маг сдружился со своими новыми знакомыми. Он оценил по достоинству ответственность Витри и его умение справляться с любым хозяйственным делом, неутомимую энергию Лилы, которая ложилась спать последней и поднималась по утрам раньше всех. Альмарен, как и его спутники, добросовестно брал на себя часть хозяйственных забот. Однако, Лила и Витри, попробовав его стряпню, ограничили его кухонные обязанности заготовкой дров и разведением костра.
Альмарен быстро потерял интерес к общению с Витри, но с магиней, казалось, мог разговаривать до бесконечности. По вечерам он отыскивал повод завязать с ней беседу, начинавшуюся обычно с расспросов о магии ордена Саламандры и продолжавшуюся чем угодно. С Лилой можно было говорить обо всем, не боясь быть непонятым, поэтому Альмарен неожиданно для себя сделался разговорчивым, будто бы торопился высказать все, о чем был вынужден молчать прежде. Он то размышлял вслух о свойствах магических сил и способах их подчинения, то перескакивал с серьезных тем на пустяки, когда-то зацепившие его сознание, на воспоминания о прошлом и дорожные впечатления. Витри сидел молча и ловил каждое слово, сказанное магами, открывая для себя диковинный мир, проникнутый властвующими в нем невидимыми силами.
На послеобеденном отдыхе Альмарен и Лила занимались расшифровкой книги. В первую очередь они деялись за листок с текстами о камнях Трех Братьев. Лила увлеченно сравнивала и сопоставляла значки, разгадывая слово за словом. Альмарен вслушивался в звук ее голоса и незаметно для себя переводил взгляд с закорючек текста на руки магини, на ее лицо, склоненное над книгой, полубессознательно отмечая чуткую тонкость пальцев под царапинами и загаром, совершенную линию овала лица, идущую от уха к подбородку. Он забывал вникать в смысл слов своей собеседницы, и лишь когда ее голос становился требовательным, спохватывался и выслушивал укоризненный упрек.
— Ну о чем ты думаешь, Альмарен! Я третий раз спрашиваю тебя одно и то же!
Он с извиняющейся улыбкой отвечал:
— Да ни о чем… — и это было правдой.
Выговаривая себе за рассеянность, Альмарен с удвоенным вниманием обращался к значкам. Расшифровка текста продвигалась. Из прочитанного выяснилось, что при соединении камней меняется их способность привлекать силу алтарей. Синий и Красный камни на Белом алтаре, будучи порознь, могли привлекать туда энергию Синего и Красного алтаря, а соединенные вместе — подключали дополнительно и энергию Фиолетового алтаря. Кроме этого, в листке не оказалось ничего, что Альмарен не услышал бы от Равенора, гениально проникнувшего в суть системы управления магией алтарей. Но вопрос, уже возникавший у молодого мага, — зачем нужно перегруппировывать силу алтарей — так и остался без ответа.
— Значит, этот камень привлечет силу Красного алтаря на другой? — сказала как-то Лила, рассматривая Красный камень.
— Если другому алтарю подчиняется сила огня, — уточнил Альмарен.
— Мощность магии возрастет вдвое?
— По слухам, больше, чем вдвое. Я сам не пробовал, но маги Фиолетового алтаря говорили, что его сила выросла в несколько раз.
