В конце коридора Витри оглянулся и увидел толпу монтарвов, показавшуюся вдали и с криками «Вон они!» устремившуюся за ними.
— Нас увидели, за нами гонятся! — крикнул он Пантуру.
— Бежим скорее! — выдохнул в ответ ученый.
Они помчались по коридорам Лура вслед за Пантуром. Расстояние между ними и погоней увеличивалось, но длинные и прямые туннели не позволяли оторваться от преследователей, несмотря на то, что монтарвы были плохими бегунами. Даже тяжелый на ногу Шемма бегал лучше любого монтарва, поэтому преследуемые были ограничены лишь скоростью бега Пантура.
Путь к выходу в Фаур, выбранный ученым, оказался короче того, которым несколько дней назад проходили Шемма и Тревинер. Вскоре путники вбежали в туннель с многочисленными ответвлениями и свернули в одно из них, ничем не отличающееся от остальных. Но все совпадало — и засыпанный проход, и лаз в его верхней части, образованный слежавшейся породой.
— Туда! — задыхаясь от бега, указал Пантур. — Прощайте!
— До встречи, Пантур! — ответила за всех Лила.
— Снимайте мешки — и за мной! — скомандовал Тревинер и первым протиснулся в узкую дыру, волоча за собой дорожный мешок. За ним полезли и остальные. Когда Альмарен, как обычно, замыкавший группу, скрылся в отверстии, Пантур получил, наконец, возможность отдышаться.
Но не успел ученый воспользоваться этой возможностью, как в тупик вбежали преследователи. Двое крепко вцепились в Пантура, не отпуская его, хотя тот и не думал вырываться.
— Где чужаки?! — налетел на него предводитель.
Пантур молча пожал плечами.
— Туда они ушли, туда! — закричал один из монтарвов, указывая на дыру.
Все, кроме двоих, державших Пантура, кинулись к отверстию, но оно оказалось узким для ширококостных, широкогрудых монтарвов.
— Без кирки здесь не пролезешь, — заключил старший. — Скажем Дануру, пусть сам решает, что делать. А этого — с собой!
Пантура повели обратно, но не в Первую общину, а в Седьмую — родную общину Данура. Ученого довели до двери, где уже стояла стража, впихнули внутрь. Оказавшись посреди комнаты, Пантур увидел сидевшего в ней пленника, или точнее, пленницу. Это была Хэтоб.
Данур командовал своими сторонниками, вполне проявляя те качества, за которые он когда-то был выбран советником. Он беспрепятственно занял наружные выходы и взял под стражу владычицу. Ее сторонники, никогда не знавшие ничего подобного, почти не сопротивлялись. Представив монтарвам допуск чужаков в Лур, как ошибку Хэтоб, повлекшую нападение уттаков, он все-таки затеял переговоры с Каморрой. Нельзя сказать, чтобы хозяин уттаков нравился Дануру больше, чем гостившие в Луре маги — ему были одинаково противны все люди сверху, — но бывший советник надеялся отыскать возможность избавиться и от тех, и от других, а заодно вернуть себе власть и влияние в Луре.
Так как Данур не мог рассчитывать на прежнее положение при Хэтоб, у него естественным образом возникла мысль поставить владычицей другую женщину — свою дочь, и стать при ней советником, то есть фактическим правителем монтарвов. Поэтому он приказал отыскать и доставить корону владычицы. Ему принесли золотой обруч, найденный в стенной нише спальни Хэтоб, но символа власти, Желтого камня, в короне не оказалось.
— Где символ власти? — нахмурился Данур, откладывая в сторону бесполезный обруч.
— Мы не знаем, в короне не было камня.
— Допросите Хэтоб, обыщите ее! Камень должен найтись!
Эта неудача не обескуражила Данура. Он не сомневался, что символ власти спрятан недалеко и вскоре найдется. Но, когда другая группа монтарвов, посланная, чтобы схватить чужаков, сообщила, что тем удалось скрыться в подземных переходах Фаура, Данур занервничал. Близился вечер, время встречи с Каморрой, на которой было договорено выдать чужаков магу.
Каморру, разбуженного среди ночи посланниками Данура, позабавило, какие горячие события были вызваны его появлением в подземном городе. Почуяв собственную выгоду в чужой склоке, он охотно принял сторону Данура и согласился в случае надобности поддержать претендента на местную власть. Он легко договорился о выдаче Красного камня и назначил встречу на стыке людского утра и монтарвского вечера.
Когда Каморра явился на встречу, переворот, должно быть, уже состоялся. Зачинщик переворота дожидался его у входа.
— Это вы посылали гонцов? — уточнил Каморра. — Вы — тот самый Данур?
— Я, — монтарв не торопился начать беседу. Создавалось впечатление, будто он не знает, что сказать.
— Ваши люди уверяли меня, что вы отдадите мне Красный камень, — перешел к делу маг. — В обмен я пообещал свое расположение и помощь. Я пришел, как договаривались, но не чувствую здесь Красного камня. Значит, вы хотите, чтобы сначала я что-то для вас сделал. Что именно?
— Дело в том… — замялся Данур. — Дело в том… они сбежали.
— Если вы мне врете, то знайте, что мне еще никто не врал безнаказанно! — вспылил маг.
— Поверьте, меня это огорчило не меньше. Их выдачей я хотел закрепить наш союз, поэтому приложил все усилия, чтобы схватить их. Я перекрыл все выходы, послал людей, но…
— Куда они сбежали?! В каком направлении?! Я догоню их поверху.
