— Там, на костре была только одна женщина, — сказал он. — Я все видел из окна темницы.
— Был и второй костер. — Скампада медленно произнес, выделяя каждое слово. — Его установили по другую сторону дворца, против окон ее темницы. Как вы думаете, что сказал ей Берсерен про этот костер?
— Скампада… Ей сказали, что там был я?! — ужаснулся догадке Ромбар.
— Да. Но того, что за этим последовало, Берсерен не ожидал. Она свалилась в горячке и была неделю без памяти. Он не мог привести к ней лекаря — боялся разоблачения.
— Ты же сказал, что она осталась жива!
— Каморра вызвался лечить ее магией. Ее перенесли в комнату рядом с комнатой Каморры. Охрану, конечно, не поставили, чтобы не вызывать лишних пересудов. Было ясно, что она не скоро сможет вставать. Прошел день, другой, а на утро третьего дня ее не нашли в комнате. Исчезла бесследно.
Скампада замолчал. Ромбар подступил к нему вплотную.
— Это все?
— Не все. Скандал был ужасный. — Скампада повел головой, будто отмахиваясь от неприятного шума. — Берсерен вбил себе в голову, что Каморра украл девчонку и спрятал. Он не верил, что она могла обежать без посторонней помощи. Каморра был дико оскорблен. Насколько я знаю этого босханца, страсть к власти вытеснила в нем все, в том числе и страсть к женщинам, поэтому такое обвинение вдвойне взбесило его. Они расстались лютыми врагами. Каморре было некуда деться, и он пошел к уттакам.
— А дальше? Что было потом? — продолжал допытываться Ромбар.
— Я решил, что оставаться у Берсерена ниже моего достоинства, и покинул дворец, — вскинул голову Скампада.
— Счастлив слышать, — проворчал Ромбар. — Ты сообщил как раз то, что меня больше всего интересует. Неплохо бы тебе добавить к этому, куда подевалась она.
Скампада молчал, соображая, как лучше ответить.
— Я же сказал, что покинул дворец, — сказал он наконец, видимо, приняв решение. — Я знаю, что Берсерен поначалу ее разыскивал, но не нашел, — он стрельнул глазами в Ромбара. — Теперь ваш черед выполнять обещание, ваша светлость. Вы ведь тоже человек чести, как и я?
Ромбар усмехнулся.
— Завтра утром Норрен примет тебя. До тех пор, надеюсь, ты не успеешь ничего натворить. Ты понял?
Скампада кивнул. Ромбар отвернулся от него и вышел из библиотеки.
После обеда Альмарен слонялся по гостиной, ожидая Магистра. Он давно беспокоился, не вышло ли у его друга какой-нибудь неприятности, и то и дело выглядывал в окно. Из-за полуденной жары площадь была малолюдной. Слышались крики детей, бегавших наперегонки с вертлявыми цитионскими собаками, изредка появлялся конник или проезжала подвода. Нетерпеливому Альмарену в каждом прохожем, показавшемся вдали, мерещилась высокая фигура Магистра. Но прохожий приближался, и Альмарен в который раз разочарованно отходил от окна.
Небольшая карета, выехавшая на площадь со стороны дворцовых построек, сразу же привлекла его внимание. Бело-голубая, хрупкая и округлая, как гусиное яйцо, запряженная парой белых лошадей, она напомнила Альмарену маленькую странную девочку-принцессу, которую он видел в лавке несколько дней назад. Белый и голубой были цветами Цитиона и его правителей со времен, основания города. Карета направлялась к лавке, и Альмарен уже мог рассмотреть на ее передней стенке герб Цитиона — парусник на фоне солнечного диска, рвущийся с герба навстречу его взгляду.
Когда карета остановилась у двери, Альмарен чуть не вывалился из окошка, стремясь увидеть, кто же из нее выйдет, но слуга направился в лавку, так и не открыв голубой дверцы с гербом правителя. Вскоре в гостиную вошел Тифен и с удивлением посмотрел на сына.
— Правитель приглашает тебя во дворец, — сообщил он. — Там, внизу, ждет карета.
Альмарен сбежал вниз по лестнице и поспешил сесть внутрь. Кони полетели по звонким мостовым Цитиона и, не успел он прийти в себя от неожиданности, как карета въехала в дворцовые ворота.
Выбравшись из кареты, Альмарен осмотрелся. Гранитное здание дворца, закругляясь, охватывало часть пространства перед главным входом, вдоль его фасада выстроились колонны, поддерживающие карниз с резным узором из листьев. По бокам парадной лестницы стояли статуи клыканов из темно-серого гранита. У низкого длинного здания в дальнем конце двора суетились слуги, выводя оседланных коней. Альмарен повернулся к слуге, но тот опередил его вопрос.
— Приказано ждать здесь, ваша милость.
Ждать пришлось недолго. По главной лестнице дворца спускались двое мужчин. Одним из них был Магистр. Второй мужчина, не менее высокий и плечистый, чем Магистр, был в светло-серой одежде с кожаным поясом, отделанным серебром, и длинном голубом плаще. Альмарен понял, что перед ним правитель Цитиона. За Норреном, как тени, следовали два огромных темно-серых клыкана — точные копии гранитных статуй по бокам лестницы. Увидев Альмарена, Магистр что-то сказал правителю и пошел навстречу молодому магу.
