— Я ведь пока не услышала обратного, — Кэтриона увидела среди его вещей маленькую доску, расчерченную квадратами, и спросила удивленно, — ты играешь в шатрандж?
— Играю, а что?
Рикард обернулся, держа в руках сложенную пополам доску, и добавил, глядя на её лукавую усмешку:
— И ты, как я догадываюсь, тоже пытаешься играть?
— Пытаюсь? Пожалуй…
— Так и повод есть, на что сыграем? — он окинул её взглядом с ног до головы. — Можно на раздевание?
— Пфф! — рассмеялась Кэтриона. — Я уже видела тебя голым и, надо сказать, ничего впечатляющего. А ты сказал, что я слишком тощая, недостаточно женственная и вообще я тебе даже не нравлюсь, так что не будем себя мучить тем, что нам не нравится.
— Пожалуй, что так, — Рикард усмехнулся в ответ, — тогда сыграем на правду? Ты же хотела, чтобы я всё тебе рассказал, ну так вот, будем отвечать на вопрос за каждую потерянную фигуру. Идёт?
— Все-таки ты мошенник, Рикард Адаланс, правду обещал рассказать мне ты, а вот я таких обещаний не давала.
— Трусишь, значит? Боишься, что я узнаю все твои грязные секреты?
— Мои грязные секреты? Ладно. Расставляй фигуры! Но не вздумай соврать, я всё равно пойму, и ты пожалеешь!
— Я буду честен перед тобой, как перед святым отцом! — Рикард приложил руку к сердцу. — Но и ты не вздумай врать, я тоже пойму.
Хозяйский сын принес еду и сидр, а по просьбе Кэтрионы ещё и бутылку кальди — крепкого яблочного напитка, сделанного из того же сидра и настоянного в дубовых бочках.
По правилам фигуры должны быть черными и белыми, но эту доску Рикард вырезал сам из разных сортов дерева, поэтому одни фигуры получились красными, а другие желтыми в тонких прожилках, оставшихся от годовых колец.
— Твои… желтые, так что, ходи первой, — произнёс Рикард указывая рукой на доску.
Они сели прямо на кровать, поставив рядом на скамью еду и кубки для кальди.
— Даешь мне фору? — усмехнулась Кэтриона.
— А почему бы и нет?
— Ты проиграешь.
— Это мы ещё посмотрим.
— Ну вот, Кэтриона Тессора, — Рикард поднял на неё взгляд, глаза синие, яркие и прозрачные, словно сапфиры, растворенные в воде, — ответь мне на вопрос, тебя действительно зовут Кэтриона?
Она улыбнулась. Ему нравится всё это, вся эта игра, и не только та, что на доске…
— Да, меня действительно так зовут.
Он прищурился и кивнул, принимая ответ:
— Ходи.
— Ну, Рикард Адаланс, — она посмотрела с ухмылкой, но взгляд внимательный, цепкий, не взгляд — лезвие ножа, — ты действительно не убивал Крэда?
— Да, Кэтриона, я действительно не убивал Крэда! — на лице досада. — Я уже говорил это, и ты мне уже верила. И да, это правда. И если ты ещё раз меня об этом спросишь, я сам тебя придушу.
В его словах не было лжи…
Видение мелькнуло перед глазами, и Кэтриона не поняла, откуда оно взялось.
Иногда Дэйя шутит очень странно.
— Кто такой Сейд? — Кэтриона двумя пальцами подняла пешку за голову.
