Альтер Эго полностью

— Книгу? — переспросила Кэтриона.

— Книгу.

Видений все равно нет.

Странно.

Он врёт? Возможно. Или об этой книге нет никаких воспоминаний, потому что он не знает, как она выглядит. Если он никогда её не видел.

— И что ценного в этой книге?

— А это уже второй вопрос! — он стучит пальцем по краю доски.

Красный конь убивает желтого слона.

— А зачем в Лааре едешь ты?

Ложь должна быть очень тонко сплетенной с правдой, чтобы правда осталась в тени…

— Я ищу один… камень, — ответила она представляя мысленно сапфир. — Довольно редкий камень. А в камнях никто не разбирается лучше Ибексов.

— И что такого ценного в этом камне?

— Ну, ты же понимаешь, что это второй вопрос? — она посмотрела на него лукаво.

Теперь её глаза искрят весельем. Это всё кальди, напиток возрождающий жизнь, как говорят в Таршане.

И их взгляды вдруг сплелись, обжигая друг друга. Рикард посмотрел на неё совсем не так, как обычно, не ища ответа на вопросы в её лице, а так словно любовался им. И сердце внезапно сорвалось с ритма, бросило кровь в лицо, и дыхание сбилось. Кэтриона поспешно отвела взгляд, пряча его среди фигур на доске.

Это всё кальди! Нельзя ей больше пить…

Она не должна проиграть.

Желтая ладья вправо. Красная пешка вперед.

Желтый король вперед. Красный король в защиту.

Желтая ладья вправо. Красная пешка вперед.

Желтая пешка вперед.

Красная пешка убивает желтую пешку.

— Откуда ты знаешь выражение «клянусь своей косой» и замок мизинцами? — спросил Рикард, бросая желтую пешку на кровать.

— Что? Ты опять? — воскликнула Кэтриона. — Почему ты так интересуешься этой ерундой?

Рикард снова разлил кальди.

— Твоя очередь отвечать — отвечай.

— Я не знаю откуда. Просто знаю и всё. Где-то слышала, наверное, — она пожала плечом.

Ей стало тепло, и дрожь прошла. А главное, злость её, наконец, отпустила. Почему? Может быть, потому, что он все-таки не предатель? И он не заодно с Сейдом, и не убивал Крэда, и поехал с ней не потому, что ему нужны были бумаги…

А почему?

И она смотрела на него украдкой, пока он обдумывал ход, глядя на доску, и понимала, что вот она сейчас глупо рада тому, что он оказался здесь.

Чему ты радуешься Кэтриона? Ты же понимаешь, куда всё это приведет?

Но сейчас ей было просто хорошо. Необъяснимо хорошо, и так она не чувствовала себя, кажется, вообще никогда.

Ты ведь пожалеешь об этом…

Нет. Не пожалеет. Она хороший игрок. В этой игре она не проиграет.

Желтый конь вперед. Красная королева в защиту.

Желтый конь вперед. Красная ладья уходит влево.

Желтый король вперед. Красная пешка вперед.

Желтый конь назад и…

— Шах, — Кэтриона подняла от доски смеющийся взгляд.

— Неожиданно…

Рикард посмотрел на доску и понял, что уже почти проиграл.

Красная королева уходит от удара.

Желтая ладья убивает красного коня и…

— Снова шах, — улыбнулась она довольно, держа в руке фигуру, — что ты делал в Ашумане на самом деле?

Красная королева уходит от удара вправо.

— Я… обучался ашуманскому бою, тренировался. Хотел стать лучшим бойцом.

…яма. В центре тигр на цепи натянутой от столба. И по краю ямы, прижимаясь спиной к стене, идет Рикард. А наверху, скрестив ноги, сидит мужчина в тюрбане, с глазами, подведенными черным, и медленно стравливает вниз туго натянутую цепь. Она постепенно удлиняется, и вот уже когти обезумевшего от голода зверя проносятся на расстоянии ладони от груди Рикарда. И он должен пробежать по краю ямы очень быстро, пока цепь ещё достаточно короткая….

И на какое-то мгновенье Кэтриона видит в яме не тигра и человека, а двух тигров в смертельном танце.

Её ход.

Желтая ладья перемещается за королевой.

— И ещё раз шах, — Кэтриона не сводит с Рикарда глаз.

Он потер рукой лоб.