Альтер Эго (СИ) полностью

Они миновали очередную айяаррскую заставу и к вечеру, когда солнце уже скрылось за вершинами гор, а глубокие тени легли в ущелья, они наконец-то выехали на последний перевал.

Их встретил большой белый драйг со статуей ибекса наверху, и Нэйдар, приложив к сердцу руку, затем к драйгу и снова к сердцу, указал на город, лежащий в долине:

— Лааре.

«Лишь камень тверд» — гласила надпись на драйге.

Дорога вела вниз меж цветущих осенних азалий, розовых и лиловых, и ниже через лес среди магнолий и кедров, и когда поздний вечер зажег на небе первые яркие звезды, они въехали в город. Один из айяарров развернул штандарт Туров — на желтом фоне красный бык с чашей соли на спине. Их пропустила городская застава, и по длинному мосту, освещенному странными желтыми камнями, они подъехали к замку.

Осенний вечер был всё ещё наполнен теплом и едва уловимым запахом дыма от горящей листвы, ворота отворились, и Кэтриона, запрокинув голову, стала рассматривать замок. Столь величественного и прекрасного сооружения ей видеть прежде не доводилось. Его башни и ажурные мосты, арки и галереи, чуть подсвеченные тут и там камнями или факелами, казались сейчас одним цельным куском камня, проступившим сквозь тьму. Его очертания на более светлом фоне неба говорили о том, что замок поистине огромен. И это место сама суть прайда Ибекс — его сердце.

«Лишь камень тверд».

И в самом деле...

Их встретили радушно, и высокая худая женщина в синем чепце, прихватив большой фонарь, повела их за собой в одну из башен внутреннего двора.

— Утром завтра эфе Эйгер вас примет, — сказала она.

Шла, деловито указывая на комнаты и небольшой зал с камином:

— Ужин накрыт здесь. Кто желает помыться с дороги, Айра проводит.

Кэтриона желала. Она вообще желала упасть в тёплую воду и заснуть в ней, если бы такое вообще было возможно. Только сейчас она поняла, насколько устала.

Итак, она в Лааре.

Прошлась по комнате, которую ей любезно предоставили.

Камин пылал ярко, слева и справа кресла, и дрова в большой корзине. Огромная, почти королевская кровать, над которой балдахин из зеленой ткани и лёгкие занавеси по бокам. Комод, столик, зеркало и светильники. Четыре окна образуют эркер, укрытый портьерами, и рядом кушетка, а внизу под окнами где-то в темноте — ущелье, в котором едва слышно шумит река.

Кэтриона упала на кровать, раскинув руки.

— Боги, как же хорошо! — воскликнула вслух.

Айяарры заботливо принесли её вещи и сложили на сундук у входа. Но прежде, чем пойти помыться, переодеться и спускаться к ужину, Кэтриона закрыла глаза и погрузилась в Дэйю.

Она должна увидеть место, где лежит печать.

Но...

Поисковая нить распалась.

Рассыпалась на тысячи тлеющих углей, образовав огромное пепелище позади замка. Чёрная трава, чёрные деревья, чёрная земля. Угли мерцают и пульсируют алым, и их так много! Целое поле.

Вернее, лес.

Чёрный лес стоит, воздев кверху обугленные руки-ветви...

В призрачном свете Дэйи под ним шевелится черная трава, хотя ветра нет, и корни деревьев торчат из неё петлями. И не корни — щупальца. А земля и не земля вовсе, под её обугленной запекшейся коркой зыбко — стоит наступить, и нога медленно погружается в пепел, словно в болото, и оно утаскивает тебя вниз, и корни-щупальца сразу оживают, тянутся жадно...

Кэтриона поспешно отдернула ногу.

Это граница между мирами — Врата в Дэйю. И они сейчас открыты.

Грань мира здесь так тонка, что видеть Дэйю можно даже без погружения.

Но где же печать?

Пепелище огромное, оно размером, наверное, с этот город, что лежит за окнами замка, и идти туда Кэтриона не рискнет. Никаких сил ей не хватит, чтобы вернуться оттуда.

Проклятье! Такого она точно не ожидала...

Она встала и подошла к окну, глядя туда, где в туманных полях Дэйи скрывались Врата.

Ночь, полная ярких звезд, раскинулась над ущельем, а на той стороне ничего не видно, лишь граница леса — более темная неровная линия отделяла небо от земли.

Что же там такое, в этом лесу? И как ей теперь найти то, что она ищет?

Печать точно там, потому и Врата открыты. Неужели лаарцы не знают об этом? Или знают? Только, если знают, почему ничего не сделали до сих пор? Или, быть может, они сами открыли Врата? Но зачем? Выпускать Зверя? Возможно, ведь идет война...

И кто эта женщина в голубом платье?

Вопросов было больше, чем ответов. И ей нужен кто-то, кто ответит на них. Может, поговорить с верховным джартом Ибексов? Сказать, кто она. Ну, а если они сделали это сами? Тогда...

Тогда она может отсюда и не вернуться.

— Проклятье!

Она решит завтра. Сегодня ей нужно отдохнуть. Туры планировали остаться тут на пять дней, так что время у неё есть.

Она вернулась из купален, села на кровать и достала шкатулку.