Как он и ожидал, спустя несколько часов после нашего отбытия заявилась полиция и, не добившись от него ничего вразумительного, отбыла восвояси, предварительно осмотрев дом и хозяйственные постройки. Клара сказала, что чувствует опасность, и оставаться дома больше нельзя. Было решено идти к Вадиму. Вадим нагрузил на Клаву небольшой мешок овса, взял кое-какие хозяйственные пожитки, и они тронулись в путь. Клава не была приучена к верховой езде, да и Емельян не решился бы на неё сесть верхом, тем более что и седла у него не было. Пошли пешком. Пятьдесят километров для пешего перехода - путь неблизкий. Шли лесом, Клава сказала, что так безопасней, опасность, по её мнению, ожидала их вдоль дороги и на открытых пространствах. Ночевали прямо в лесу. Шли напрямую, направление Емельян знал, за счёт этого путь оказался значительно короче. Километра за три до усадьбы Клара сказала, что их обнаружили. Времени и сил, чтобы делать петлю по лесу и подходить к усадьбе с тыльной стороны, уже не было, и они решили рискнуть. Бросили овёс, рюкзачок с вещами. Емельян оставил только небольшой топор. Остальное мы видели. Кто ведёт за ними погоню, Клава Емельяну не сказала, сказала лишь, что они очень опасны.
Мы прошли в дом, накормили Емельяна и стали думать, как быть дальше. Неожиданно встала проблема с содержанием лошади. Ладно, лужайки с травой на пару дней хватит, а дальше - патовая ситуация. Не было понятно с кем или чем мы имеем дело. Ясно, что подобной формы существ или механизмов на Земле не существует, и мы здесь имеем дело с инопланетным вторжением. По крайней мере, это так выглядит. Что им, собственно, нужно от нас, и какую роль могут сыграть гипотетические защитники? На эти вопросы ответов у нас пока не было. Сводки новостей не вносили никакой ясности. Экспедиции в аномальные зоны готовились, ни о каких происшествиях, связанных с зонами, не сообщалось.
Мы проверяли состояние нашей необычной лошади каждые полчаса. Особых перемен в её состоянии не было. Она или стояла, или бродила по участку, время от времени вскидывая голову и шевеля ушами. Никакую травку она не щипала, на контакт ни с кем из нас не выходила, даже с Емельяном. Мы всерьёз забеспокоились. Сходили в оружейку и провели ревизию нашего вооружения. Из оружия более или менее высокой поражающей эти объекты способности у нас был ручной пулемёт, к которому мы обнаружили, кроме обычных, патроны с разрывными пулями. Это уже было кое-что. Ящик ручных гранат и двадцать гранатомётных выстрелов. Нам не хватало какого-то пустяка - танкового взвода или артиллерийской батареи. Нас беспокоила также возможность скрытого подхода к нам со стороны леса, расстояние от его кромки до ограждения составляло не более пятидесяти метров. Правда фланги и фронт просматривались довольно далеко. Мы установили пулемёт на верхнюю точку дома - мансарду, имевшую выходы на все четыре стороны, туда же затащили несколько автоматов, обе снайперских винтовки, половину гранатомётных выстрелов из имевшегося у нас запаса и боеприпасы. Остальное оружие осталось в оперативном резерве. Вадим проверил прожекторы, установленные по периметру ограждения, они были в полном порядке. Мы с тревогой стали дожидаться наступления сумерек, не спуская глаз с экрана монитора. Кто - то из нас постоянно находился в мансарде и осуществлял визуальный контроль за доступной обзору местностью с помощью мощной оптики. Мне было поручено войти в контакт с Клавой, или самому попытаться вызвать защитников, - надежды на наши стрелялки было мало. Покинуть своё место я мог лишь в случае экстренной эвакуации, участие в боевых действиях, за исключением самой критической ситуации, не предусматривалось. Вечерело. Все заняли свои места. Я отвёл Клаву в гараж, закрыл за собой дверь и включил дежурное освещение. Для меня приготовили место для отдыха - спальник с подложенным под него матрацем из плотного поролона и термосы с кофе и чаем. Рядом находился автомат и запасные обоймы.
У меня была работа, которую я должен был выполнить. Легко сказать, но как это сделать практически без опыта и подробных инструкций? Я слегка запаниковал, однако смог взять себя в руки, помня, что такой эмоциональный настрой - гарантия, что ничего не получится. Я успокоил своё дыхание и попытался расслабиться. Клава молчала, несмотря на все мои попытки наладить с ней диалог. Да и, по сути, она уже мне дала всё, что нужно, очередь за мной. Нахлынувшие мысли и тяжесть ответственности за всех нас опять взволновали мой ум. В очередной раз я сделал дыхательные упражнения. Мои мысли вернулись в давние сновидения. ...
Первым заметил движение на местности Василий, находившийся наверху в мансарде.
- Идут! - крикнул он.
