— Это конец, — единственная связная мысль начинает отчаянно пульсировать в мозгу Алека, когда он понимает, что они окружены со всех сторон втрое превосходящими по численности противниками. Ситуация кажется совсем безнадежной. Потому что она и есть безнадежная. Пропащая, гиблая, беспросветная, называйте как хотите, это ничего не изменит.
После безусловного проявления доброты и щедрости, Вселенная, кажется, решила спохватиться и отправить Алека куда подальше, потому что в этот раз он оказался в мире, совершенно не похожим на какой-либо другой до этого.
В этом мире нет привычного ему разделения на сумеречных охотников и нижнемирцев, нет Института, работы, дома, нет места, где можно спокойно и тихо прожить свою жизнь. Все, что здесь существует, — это необъятное количество демонов, уже давно захвативших власть над целым сумеречным миром, и не так уж много ангелов, светлых, непорочных существ, которых становится все меньше с каждым днем из-за зверского истребления и пыток, в то время как их драгоценные крылья являются самым желаемым трофеем, который только можно добыть.
Алеку семнадцать, и он сам не перестает удивляться, как дожил до такого возраста, не погибнув в детстве, в отличие от подавляющей части других ангелов, так редко рождающихся ныне и безуспешно охраняемых остатками старшего поколения. Алек мало что помнит из своего детства, кроме бесконечного бегства, сражений и гиблых попыток найти безопасное место.
Все, чего он хочет, это спокойствия и мира, но в этой Вселенной, видимо, даже не существует такого понятия, и Алек находится на самой грани, на том самом месте, когда он чувствует себя настолько бессильным изменить что-то в этот раз, что готов специально подставиться под удар. Знание того, что он все равно потом окажется в другой Вселенной, уменьшает груз на его плечах, и теперь его проклятье даже кажется даром, но есть одно большое и жирное но.
Несмотря на то, что Алек не видел родителей уже много лет и находится в полной уверенности, что они мертвы, он не может просто так покинуть этот мир, так как его сдерживает кое-что другое: в этом беспросветном мраке у него волей судьбы все еще есть Иззи и Макс, любимые брат со сестрой, и он просто не может позволить себе быть эгоистом настолько, чтобы самовольно согласиться на смерть и оставить их здесь в полнейшем одиночестве.
Все в этом мире сумасшедшее, и даже к своим крыльям Алек не может привыкнуть до сих пор. Крылья здесь являются показателем силы и внутренней красоты ангела, они одинаковые по форме, но разные по размеру и расцветке, и, хотя обычно они всегда спрятаны и используются только для полета, Алек все равно чувствует себя непривычно с этим новым «аксессуаром».
Крылья считаются чем-то личным, интимным, и только самые близкие тебе люди могут касаться их, поправлять перья или, тем более, гладить их. Не считая нескольких незнакомых ангелов в полете, Алек видел крылья только Иззи и Макса, а те, соответственно, его.
То, что у Иззи под стать ее натуре были яркие, радужно-перламутровые крылья, пугало Алека до ужаса. Если кто-либо из их врагов каким угодно образом узнает про это, то охота, происходящая на них каждый день, покажется раем и детским развлечением по сравнению с тем, что начнется после.
Демоны в последнее время совершенно слетели с катушек, и новоявленная традиция подстреливать ангелов, чтобы обрезать их крылья или выщипывать бесценные перья, пока несчастные еще живы, наслаждаясь их нескончаемыми муками, а потом развешивать полученное в своих домах, приглашая всех посмотреть на это, или даже продавая на аукционе за бешеные деньги или другие драгоценности, набирает обороты все больше и больше.
Алек находится в неотвратимом, пронизывающем до костей страхе. Не за себя, конечно же нет. То, что такое могу совершить с его семьей, вот что убивает его.
Один раз они чуть было не потеряли Макса, еще совсем маленького, похищенного в одной из погонь, и чудом успели спасти его в последний момент, вырвав из лап уродливого демона, который, к их большому везению, оказался не самым сильным и ловким и недооценил способности разъяренных ангелов, защищающих члена своей семьи. Тогда Макс отделался только огромным шоком, десятком потерянных перьев и заиканием на ближайшие полгода.
Второй раз обычно не везет, поэтому Алек старается не думать об этом, но тоскливые, безутешные мысли все равно проникают ему в голову, стоит лишь прикрыть глаза.
Невозможно провести всю жизнь, бегая от кого-то. Сейчас они молоды и сильны, но уже чувствуют слишком большую усталость от всего происходящего, и кто знает, сколько это будет продолжаться? Сколько еще времени пройдет, прежде чем кого-то из них словят? Может Алек и является бойцом, уверенным в своих силах, но даже он видит, что в этом мире спасение невозможно, и то, как скоро настанет их конец, лишь вопрос времени. Все, что он хочет от этого мира, — умереть последним из них троих, чтобы не заставлять маленького брата и сестру мучиться в агонии без него.
Великолепное желание, не так ли?
