— Кристина, не груби брату. Он пытается удержать тебя от опрометчивого поступка. Мы всего лишь действуем по плану Бесник и Гектора.
Девушка аж открыла рот.
— Это… это… с каких пор вы вдвоём… сговорились, что ли?
— Не груби, — повторил Дени. — Мы не сговорились, просто не хотим, чтобы ты попадала в неприятности. В последнее время это у тебя получается просто замечательно.
Кристина замерла, а затем хлопнула себя по бёдрам и истерически засмеялась.
— Я? В неприятности? Я? Это я — неприятности! Это я, я!
Продолжая смеяться, она подошла к Антонио, капитану "Лукреции".
— Свистай всех на свою скорлупку, мы плывём за "Непрощающим"!
Капитан по-идиотски улыбнулся, готовясь сделать что угодно ради красивой и властной женщины, но губернатор его остановил.
— Ни в коем случае! Она не в себе.
Это стало последней каплей.
Между Кристиной и её отцом состоялся такой жаркий спор, в который иногда встревал Жюльен, что даже матросы покачали головами. Девушка настаивала на том, чтобы отправить один корабль за фрегатом, а мужчины повелевали ей ничего не делать, и тогда она наговорила им таких слов, каких даже при Гекторе не произносила.
В конце концов губернатор вскочил и хлопнул в ладоши.
— Фанфан! Позовите на помощь капитана и заприте эту чертовку в трюме "Лукреции", раз она туда так хочет!
— Что?! — изумилась Кристина. — Да как ты!.. Ты не смеешь со мной так поступать, слышишь! Я все эти годы была твоей послушной игрушкой и резала всех, кого ты мне велел! А как только я хочу спасти людей, ты!.. — Девушка силилась вызываться из крепких мужских объятий, но у неё ничего не вышло. Антонио ещё и облапал её.
Только появление иберийских кораблей на горизонте, привлечённых "Гиацинтом", а теперь углядевших галлийский лагерь, остановили заключение Кристины.
— Только их ещё нам не хватало… — проворчал губернатор.
— Будем сражаться? — обрадовалась Кристина, вырываясь из державших её рук.
— Делать нам нечего, — зевнул Дени. — Мы все воюем с русалками, к тому же наша семья — не простаки, а важные лица, им сейчас будет ни к чему вести себя как разбойники. Будь уверена, я договорюсь с ними.
Губернатор ошибся. Но понял это слишком поздно, когда из двух больших шлюпок, отправленных на берег, начали стрелять из ружей по его людям.
Иберийцы слишком озлобились перебоями со снабжением, всей этой трагедией с русалками и необходимостью держать ухо востро, чтобы ушедшие в джунгли альбионские колонисты не напали на них партизанскими отрядами. А потому теперь, получив возможность захватить хоть что-то, они играть в добряков не стали.
Завязалась перестрелка, а затем драка. Слуги Легранов и команды обоих кораблей сражались доблестно, даже сами Леграны схватились за оружие. Кристина достала пистолеты и убежала за бочки с порохом, стреляя оттуда. Жюльен достал шпагу, то же сделал Дени.
Однако иберийцы превосходили не только числом, но и умением и вооружением, так что очень скоро положение отряда галлийцев стало критическим. Члены команд "Лукреции" и "Веги" были ранены, безоружные слуги убиты, а Леграны осознали, что подлецы из них хорошие, а вот вояки так себе.
Дени попытался уразумить иберийского капитана, что живым он выгоднее, чем будучи трупом, но того деньги не интересовали.
— Если мир катится к чёрту, то вас, галлишек, я отправлю туда раньше! — сказал он и проткнул губернатору Аматора живот.
Видя, что её родные мужчины терпят бедствие, Кристина перезарядила пистолеты, один спрятала за спиной, а с другим помчалась сквозь сражающихся моряков прямо к иберийскому капитану и приготовилась стрелять. Но тот заметил её, поднял упавшего на колени Дени за шиворот, развернул, прижал к себе и приставил к виску пистолет.
— Ещё шаг — и у этого старикана вылетят мозги!
Кристина замерла, пытаясь прицелиться, но под пулю попадал и отец. Руки девушки начали дрожать.
— Крис, берегись! — раздался голос Жюльена.
Кристина обернулась, и внутри неё мгновенно похолодело: прямо на неё с огромной саблей мчался настоящий громадный мавр. Она уже не успела бы отскочить от удара…
Дзынь!
Жюльен налетел сбоку как молния и отбил клинок в сторону. Мавр замахнулся, юноша приготовился ткнуть.
Всё произошло слишком быстро, Кристина даже не смогла отследить движения. Мавр, проколотый шпагой, точно жирная жужелица энтомологической булавкой, долго на ногах не удержался и упал. Но и Жюльен свалился с саблей в голове, рассёкшей её до самого глаза.
Ничего не соображая, Кристина повернулась на отца, которого продолжал удерживать капитан.
— Бросай пистолет, шлюха, — буркнул ибериец. — Мне надоел этот цыганский табор.
Девушку начало трясти, из глаз полились слёзы, но пистолет она не опустила. Дени тоже трясло. Из-за раны в животе он испытывал ужасные мучения и теперь рад бы был умереть. Но Кристина…
Доченька его… Кровиночка…
Так похожая на мать…
Неужели он никак не может спасти её? Неужели всё, что он делал, — это приближал её к гибели?
Губернатор Аматора собрался с последними силами.
— Кристина, доченька… — еле слышно произнёс он.
Кристина зарыдала, плечи её то резко поднимались, то опускались, пистолет скакал в руке.
